– Ну, господин Томазо, в подобных случаях всегда находятся основания для секретности.

Томазо понимающе кивнул:

– Но схватка была яростной, не так ли? Мы слышали, что бо́льшая часть деревни уничтожена.

– Что было, то было. Но все поселяне поднялись на защиту своей деревни. И, к счастью для Куоша, там оказался Базил.

– Это ж надо, чтобы враги вторглись в самое сердце Голубого Камня, – встрял дядюшка Иапетор. – Надеюсь, теперь, Томазо, ты согласишься с тем, что для патрулирования внутренних вод необходимо больше фрегатов.

Морские офицеры постоянно требовали увеличения ассигнований на флот для борьбы с пиратством.

– Конечно, – согласился Томазо, хотя еще недавно, скорее всего, начал бы спорить. – Средств не хватает, но, видимо, придется пересмотреть бюджет.

– И дать понять аубинасцам, что они живут в государстве, где есть власть.

– Ох уж этот Аубинас! – устало вздохнул Томазо.

– Говорят, будто Аубинас будет отстаивать свою независимость с оружием в руках, – промолвил мужчина, сидевший по правую руку от Иапетора.

– Я тоже это слышал, кузен Марко, я тоже, – печально подтвердил Томазо.

– Мы не можем просто так взять да и отказаться от целой провинции. К тому же независимости жаждет вовсе не народ Аубинаса, а зерновые магнаты.

– Точно, – пробурчал Иапетор, – а простым людям они головы дурят. Посмотрим, что запоют аубинасские фермеры, когда поймут, что в погоне за так называемой «свободой» угодили в кабалу к кучке алчных кровососов.

– Да не видать им никакой «свободы». Я слышал, что из Кенора уже выступили полки. Мы тут сидим, а солдаты на марше.

Релкин был несколько удивлен, даже, пожалуй, шокирован тем, что подобные вещи в открытую обсуждаются за столом. Томазо хмуро покосился на Марко, и тот прикусил язык.

«Интересно, что за полки идут?» – подумал драконир.

Всего через несколько мест от Релкина сидел юный кузен Розерто, изрядно подросший со времени их последней встречи. Воспользовавшись тем, что разговор старших был прерван, мальчик, носивший теперь форму морского кадета, задал Релкину вопрос, который давно не давал ему покоя:

– Я слышал, будто во внутренних районах Эйго обитают такие огромные звери, что они могут есть даже драконов. Неужто это правда? А, драконир Релкин?

Релкин был рад сменить тему: в такое время не стоило толковать о передвижениях воинских формирований.

– Да, Розерто, сущая правда. Там водится множество огромных существ, и хотя самые крупные из них не едят других животных, они все равно достаточно опасны. К тому же и хищники в тех краях кишмя кишат: есть среди них такие, что весят втрое больше кожистоспинного.

– Ух ты! А они пытались съесть твоего дракона?

Релкин рассмеялся:

– Они пытались съесть меня. Мы там с ними хлебнули горя. Это самые опасные животные в мире.

– Ой, как бы мне хотелось на них взглянуть, хоть краешком глаза. Какие они с виду?

Все взгляды обратились к Релкину.

– Ну, к примеру, самых больших зверей, обитающих в тех древних лесах, народ арду называет «шмунга». Они ходят на четырех ногах, толстых, как колонны. У них длинные шеи и очень длинные хвосты, которые используются для защиты.

– Хвосты, – фыркнул Розерто. – Звучит не слишком-то устрашающе.

– А ты представь себе кнут длиной в тридцать футов, а толщиной – в самом тонком месте, у кончика – с твое предплечье.