Дверь открылась, и вошла Лагдален, а за нею Эйлса, дочь Ранара: подруги секретничали наедине, пока их беседу не прервал неожиданный визит Лессис. Приятно было смотреть на их раскрасневшиеся, цветущие лица. Глядя на Лагдален, счастливую мать, успешно сочетавшую семейную жизнь с ответственной службой Короне, ведьма ощутила почти материнское чувство гордости, но тут же вспомнила: не раз и не два она рисковала жизнью этой девушки. Ей стоило подумать о покаянии. Все мы должны служить тем, чем можем.

– Леди, как я рада вас видеть, – проворковала Лагдален.

Лессис обняла обеих, а потом взяла Эйлсу за руки и долго всматривалась в ее лицо. Как все-таки красива эта девушка с тонко очерченным подбородком и высокими скулами. Достойная награда для молодого Релкина.

– Приятно встретиться с тобой снова, Эйлса из клана Ваттель. В моих воспоминаниях о событиях на Сприанском кряже первое место занимает работа в лазарете, уже после битвы. Ты храбро сражалась и неустанно ухаживала за ранеными.

– Спасибо на добром слове. То были мрачные дни, и клан Ваттель никогда их не забудет.

– Нам выпало жить в тревожное время. Идет война, враг безжалостен и очень силен, а недавно стал еще сильнее.

Молодые женщины встретили ее взгляд, и она уловила их озабоченность.

– Я только что вернулась в город, а последние новости услышала всего несколько минут назад.

– Невероятно! – гневно воскликнула Лагдален. – Мятежники убивают имперских солдат, бросают вызов Империи и угрожают осадить город!

Да, – Лессис сложила ладони и оперлась подбородком о кончики пальцев. – К тому же Релкин из Куоша примет участие в этой кампании, а она может оказаться весьма опасной. Он слишком ценен, нельзя так просто рисковать его жизнью.

Брови молодых женщин поползли вверх. Лессис поняла, что ей следует тщательно подбирать слова.

– Я знаю, что могу положиться на вас обеих, но имейте в виду: услышанное вами не должно выйти за эти стены. Да и самим вам следует с осторожностью относиться к сведениям, касающимся нашего друга Релкина.

Озабоченность подруг возросла.

– Мы провели проверку и установили, что события последних двух лет повлияли на Релкина. Он изменился. На Эйго ему довелось соприкоснуться с силой, превосходящей все, что было нам доселе известно. Ее воздействие пробудило в нем нечто новое. Он уже не просто драконопас.

– О, моя Леди, что это была за проверка? – воскликнула Эйлса. В голосе ее звучал страх.

«Она любит его, по-настоящему любит, – подумала Лессис. – Он будет счастливым человеком – если останется в живых».

– Ему не причинили вреда. Просто-напросто я спрятала один предмет в маленькую коробочку и попросила сидевшего в той же комнате Релкина сказать, что там лежит. Он так и сделал.

– Но как?

– Этого мы не знаем. Говорит, что увидел образ, подсказавший ему, что находится в коробочке.

– Надо же! – Лагдален поднесла руку к губам. – Клянусь Рукой, бедный Релкин.

Лессис догадывалась, что стояло за озабоченностью Лагдален. Молодая женщина знала, что ведьмы не оставят Релкина в покое, пока не выяснят, что за сила позволяет ему действовать таким образом.

– И впрямь, Леди, это новость, которую я предпочла бы не слышать, – промолвила Эйлса, пришедшая к тому же заключению.