Милкерт Валнер и Дарни Дегаулт, влиятельные представители лежавшего за рекой Белланда, воспринимали все это с нескрываемым пренебрежением.

– Проклятый дурак! – пробормотал Милкерт.

Дарни не возражал:

– Это не имеет значения. Он лишь номинальный глава нашего дела.

– Ах да… дело, – с нескрываемым скепсисом протянул Милкерт.

Дарни невесело хихикнул:

– Как ни назови, это служит нашим интересам.

– Да, но что ты скажешь насчет других интересов. Мы ведь оба знаем: в этом доме происходит нечто, о чем Вексенн умалчивает.

– Слышал я всякие истории насчет того, что он прячет в подвале. Ты ведь это имел в виду?

– Говорят, у него там демон. – Милкерт забарабанил пальцем по кубку. – Так оно или нет, но какой-то нечистью он обзавелся. И молчит.

– Боится, как бы ведьмы не прознали. Они выискивают и уничтожают демонов, не останавливаясь перед самыми жуткими средствами.

– Чертовы ведьмы. Будь они прокляты, вместе со всеми бабами, вбившими себе в башку, будто им положены те же права, что и нам.

С этим мнением согласилось бы большинство влиятельных мужчин Неллина.

– За наших славных воинов! За свободный Аубинас! – воскликнул Милкерт, прервав дудевшего что-то на счет «марнерийских злодеев» Глэйвса.

Гости обернулись к Валнеру и поддержали его патриотический порыв аплодисментами. Впрочем, могло показаться, что таким способом они пытаются подогреть в себе увядающее воодушевление. Через стол Милкерт встретился глазами с Вексенном. Фалтус улыбнулся, вежливо кивнул и вернулся к разговору с сидевшим с ним рядом бароном Гурдом.

Вексенн чувствовал, что атмосфера в зале становится все более напряженной. Собравшиеся нервничали. Он, Вексенн, – нет. Он всегда умел справляться со страхом. Да и чего бояться? Победа считай что в кармане, а эти трусы сходят с ума от беспокойства. Надо их приободрить. Фалтус приказал вновь обнести гостей элем.

– Что там могло случиться? – пробормотал барон Гурд, высокий, угловатый мужчина, на бледном лице которого выделялась угольно-черная ухоженная, остроконечная бородка.

– Война имеет свои превратности, – уклончиво отозвался Вексенн.

– Но мы уже давно не получаем никаких известий. Что это может значить?

– Понятия не имею, – фыркнул Вексенн, – но уверен, что генерал Неф осуществил задуманное и открыл дорогу на Марнери. Предполагать что-то иное – значит сомневаться в нашей победе.

– Вот именно, – подхватил сидевший напротив Гурда Сальва Ганн.

«Сальва, во всяком случае, держит себя в руках, – отметил Вексенн. – А остальные дрожат, как перепуганные кролики».

– Да, да, – не унимался барон. – Но почему к нам не прислали гонца?

Вексенн раздраженно уставился в свой кубок.

– Насколько я понимаю, со всадником может случиться все что угодно. Например, он может свалиться с лошади. Гонец прибудет, надо просто набраться терпения.

Гурд что-то пробурчал и умолк. Ганн наклонился вперед, навис над столом.

– Я думаю, коли Неф разогнал остатки легионеров, ничто не помешает нам дойти до Пеннара.

– Мы должны взять Марнери, – возразил Вексенн.

– Мы рискуем застрять у стен белого города. Нужно использовать успех и, не останавливаясь, продвигаться к океану. Захватить Пеннар и Би, благо они укреплены гораздо хуже, чем Марнери.

Вексенн покачал головой и ткнул пальцем в столешницу:

– Взяв Марнери, мы одержим сокрушительную победу.