— Мистер Корман, — сказала она.

Он наверняка услышал, но даже не посмотрел на нее, пока Мерси не остановилась прямо перед ним.

— Что? — буркнул мужчина.

— И вам тоже доброго утречка, сэр.

— Вот и нет.

— В смысле? — удивилась медсестра.

Он мастерски сплюнул комок жеваного табака, так что тот шлепнулся у самого подножия соседней колонны, и не показал, но кивнул в сторону поезда, туда, где негромко переговаривались двое темноволосых мужчин, стоящих спиной к Мерси и Горацио Корману.

— Видите там?

— Что вижу? Эту парочку?

В этот момент один из мужчин резко обернулся, бросив на толпу подозрительный взгляд, и снова вернулся к тихой беседе. Черты его лица говорили о примеси индейской крови: чеканный профиль, кожа чуть темнее обычного для белых оттенка. Густые черные брови мужчина то ли расчесывал, то ли они сами росли неправдоподобно плавной дугой. Разговор велся не по-английски, это Мерси уловила, хотя и не могла разобрать ни одного конкретного слова. Речь текла в ином, более быстром ритме — а может, так только казалось, оттого что отдельные слоги ничего не значили для слуха девушки.

— Мексиканцы.

— Правда? — удивилась несколько сбитая с толку Мерси. — И что они здесь делают? Собираются ехать на поезде вместе с нами?

— Похоже на то.

— Возможно, вам следует поговорить с ними, — подумав, предположила медсестра. — Может, они тут по той же причине, что и вы?

— Не порите чушь.

— Почему это чушь? Вы хотите узнать, что случилось с их войсками; может, и они желают того же. Посмотрите на них — они, кажется, в форме. Может, они сами военные. — Мерси прищурилась, пытаясь отыскать знаки различия.

— Они не солдаты. Скорее, что-то вроде правительственных полицейских. Вы, вероятно, правы насчет того, зачем они явились сюда, но посодействовать поискам они не могут.

— Откуда вам знать? — почти возмутилась медсестра.

— Как я уже говорил вам вчера, им насчет этого дела известно не больше нашего. Я собрал всю доступную информацию, не побрезговав испачкать руки и накрутить кому надо хвосты. Я ближе к открытию правды, чем кто-либо на континенте, включая императорских ковбоев.

Мерси пожала плечами:

— Ну, они, как и вы, добрались сюда. Едва ли они так уж и ни на что не годны.

— Молчи, женщина. Они — проблема, вот и все. А я проблем не люблю.

— Что-то говорит мне, что это не вполне правда.

Усы мужчины дернулись в почти что улыбке, совсем как тогда, когда он обнаружил пистолеты под плащом медсестры.

— Может, и так. Но мне они не нравятся. Не к добру они появились, не к добру.

— Я, кажется, никогда еще не встречала мексиканцев.

— Они тираны и империалисты, все до единого. — Если бы во рту у него еще оставался табак, рейнджер, несомненно, выплюнул бы и его вслед за сентенцией.

— Видимо, вы пообщались с каждым из них, иначе откуда такая уверенность?

Рейнджер потянулся к шляпе, саркастически отдавай честь, и, конечно, ушел бы от разговора, но Мерси остановила его:

— Эй, позвольте-ка мне спросить вас кое о чем. Вам известно что-либо о… о поезде? — озвучила она одно из своих предположений. — О поезде под названием «Шенандоа»?

— Да, я слышал о нем.

— Это… — Она не знала, что хочет из него выудить, и тем не менее закинула удочку наугад: — Это какой-то особенно скорый поезд?

— Насколько мне известно.