— Ваши мудрецы думают желудками, а не головами, — проворчал гном. — Судя по кучам, оставленным в Медном Павильоне. Всем известно, юноша, что земля по форме напоминает суповую миску, иначе вся вода давно бы стекла в пустоту, и наступила великая засуха. Мы же двигались по плоской равнине, отнюдь не поднимаясь вверх. Следовательно, пропасть сия не может быть краем мира.

Дядюшка Гнуб был, как всегда, прав: красная дорога, не кончавшаяся за стенами зала, вынудила путников долго шагать по совершенно ровной туманной местности. Изредка по сторонам проплывали темные силуэты, похожие на гигантские статуи и полуразрушенные здания, но Мидгар решил не отклоняться в сторону, и все с ним молча согласились. Только рыцарь спросил, куда же делись Верхние Этажи, на что Лисий Хвост только пожал плечами.

— Позволь не согласиться с тобой, почтенный рудознатец, — откликнулся Железная Рука на слова гнома. — Наши ученые мужи утверждают, что земля действительно может быть уподоблена суповой миске, но только перевернутой, ибо корабли, плывущие по морю, достигнув окоема, словно бы опускаются под воду, однако же на самом деле не тонут. Это говорит о том, что мир наш имеет форму купола, а по поводу того, на чем он держится, существуют разные мнения. Вендийцы, например, говорят о трех слонах и…

— Извини, Дак, должен тебя прервать, — сказал Мидгар. — У нас нет времени на подобные споры. Мы не на краю мира, а как раз в его центре. За этой пропастью должна находиться гора Меру, подпирающая небо, а провал у нас под ногами ведет в Нижний Мир. Не думаю, что после того, как Ярл разгадал тайну железного стража и тот дозволил нам миновать зал Безмолвно Глядящих, путь наш окончится столь бесцельно. О сем говорит и архелаковый диск у обрыва. Он поможет нам переправиться на ту сторону.

В самом деле, возле последней плиты красной дороги, чуть нависавшей над пропастью, без всякой видимой опоры висел блестящий круг не более трех локтей шириной. От края плиты его отделяло лишь несколько пядей, диск казался весьма прочным, но под ним зияла пустота…

— Что скажешь, брат?

Ярл не ответил. Веки его были полуопущены, руки безвольно висели вдоль тела. Всю дорогу по туманной равнине он прошагал молча, не глядя по сторонам, временами горбясь так, что тяжелый арбалет Конна, висевший за спиной, начинал бить его по ногам. В конце концов Лисий Хвост приказал Аскилте забрать оружие, чему юноша весьма обрадовался.

— Дорого приходится платить за ведовство, — покачал головой Мидгар. — Ничего, на склонах горы Меру зреют плоды, восстанавливающие силы… Главное — дойти. Я вас сюда привел, мне и переправу испытывать.

Он осторожно попробовал ногой паривший в пустоте странный предмет. Тот не шевельнулся. Мидгар шагнул на архелаковый диск. Притопнул…

— Словно на граните стоит! — крикнул он, обернувшись. — Но как заставить его…

Диск вдруг качнулся и стал опускаться. У кромки обрыва мелькнула растерянное лицо Мидгара, высокая шапка…

— Пропадет! — завопил Аскилта, падая на живот и свешиваясь вниз. — Держи руку!

Ему, очевидно, удалось схватить Мидгара, но руг был тяжел, и тело юноши медленно поползло в бездну. Дагеклан схватил Аскилту за ноги, гном мертвой хваткой вцепился в колени рыцаря. Общими усилиями им удалось вытянуть вождя ругов, сохранявшего во время этого приключения полное хладнокровие.

Ярл молча стоял рядом. Он не даже пошевелился, веки его оставались опущенными.

— Гром в облаках, — пробормотал Мидгар, оказавшись на твердой земле, — я слишком тяжел для этой штуки.

— Как чашка весов, — заметил гном, — положи что — опустится, а пустая снова на место встанет.