Мидгар пожал плечами и обернулся к рыцарю:

— Расстанемся, Дак. Забирай любой челн, кроме того, где лежит оружие ямбаллахов. Забирай гнома, если хочешь. Ты, брат, поведешь третий корабль…

— Нет, — сказал Ярл, — я возьму тот, что с оружием. И полечу вместе с Железной Рукой.

Лицо Мидгара изумленно вытянулось.

— Что это… — прохрипел он, схватившись за горло, словно невидимое боло захлестнуло ему шею. — Почему?

— Потому что гармония мира не знает границ.

Дагеклан вздрогнул, услышав оговоренную Да Дергом фразу. Облик Ярла совсем не изменился, и рыцарь не в силах был поверить, что фаллиец жив и вернулся.

— Я вовсе не твой брат, — говорил тем временем младший сын Таркиная Мидгару, — от него осталась лишь оболочка. Неужели ты думаешь, что Ярл, лишь начавший постигать премудрости ведовства у своей матери, мог обернуться волком и разогнать Охранителей Сторон Света? Или вернуться с Ледяных Полей? Или ему был известен тайный смысл священных чисел? Подозреваю, он ничего не слышал о пентадах, гептадах, не говоря уже о сокровенной цифре тридцать шесть. Помнишь шатуна, над которым склонился твой брат по пути к Дому локапал? В тот миг, когда взгляды наши встретились, я овладел его телом и пребываю в нем до сего времени. У меня свои цели, и они вовсе не совпадают с твоими намерениями завоевать мир.

— Ты — демон? — выдохнул Лисий Хвост, стиснув рукоять меча так, что побелели костяшки пальцев.

— Нет, я не демон. Я — представитель народа, знания которого неизмеримо выше всех прочих. А тот, кто владеет великими знаниями, — несет большую ответственность перед остальными. Мне нужны меч и плеть небожителей, ибо в них скрываются частицы силы, которая тебе и не снилась во всех твоих удивительных снах. Опасность, нависшая над миром, куда серьезней, чем твои жалкие потуги его покорить.

— Гром в облаках! — рявкнул руг, извлекая оружие. — Я подозревал… О Арес, где были мои глаза!

— Твои глаза не видят дальше собственного носа. Лучше убери меч и отойди с дороги.

Только когда они скрестили клинки, Дагеклан окончательно поверил, что Да Дерг вернулся. Сам опытный фехтовальщик, Железная Рука сразу понял: Ярл не мог бы столь изящно и точно орудовать кривым мечом. Заложив левую руку за спину, он легко отбивал мощные удары Мидгара, не поддавался на обманные движения, и сколь яростно ни нападал вождь ругов, оставался на месте, все время поворачиваясь лицом к противнику.

Несколько раз, заставив наследника Таркиная открыться, он легко мог поразить его в грудь, но задерживал клинок в двух пядях от меховой куртки Лисьего Хвоста. Грубые черты лица Ярла разгладились, на губах блуждала насмешливая улыбка, и хотя внешне он оставался почти прежним, телом руга теперь полностью владел загадочный фаллиец.

Они дрались на зеленом косогоре, в тени летучих челнов, похожих на огромные блестящие веретена, и один из бойцов более всего жаждал убить того, кого еще недавно любил и называл братом, а другой хладнокровно защищался, не получив ни единой царапины за все время схватки, но и не ранив своего противника.

— Проклятый колдун, — хрипел Мидгар, — ты погубил Ярла, но тебе не получить небесных кораблей! Только когда я умру…

— Я мог бы уже десять раз убить тебя, — отвечал его недруг, отбивая выпады, — но не хочу этого делать. Разве жадность достойна истинного руга? Я ведь оставляю один корабль!

— Зачем он мне, если ты заберешь меч и плеть ямбаллахов? Ты — вор, и я убью тебя! Знаю, что убью, ибо пророчество Иорды должно сбыться…

— Ребенку опасно играть с оружием, — вдруг сказал отшельник негромко, но так, что все услышали.