– Должен? – удивленно спросила она. – А за что?

– Он моей «Ниве» обслуживание провел. Я автосервисам не доверяю, попросил Славу. У него же руки золотые.

Это была неправда, и Лида понимала, что это неправда. Должна, во всяком случае, понимать. Но она сделала вид, что верит, и деньги взяла. Кивнула головой и взяла. Ну и слава Богу! Если бы она стала мямлить: да нет… да я и не знаю… неудобно как-то… Если бы она стала мямлить, то получилось бы еще противнее. Хорошо, что не стала…

– Лида, – спросил он, – а кто ведет дело?

– Какое? – задала она совершенно идиотский вопрос. Таранов посмотрел ей в глаза и сказал:

– Дело об убийстве.

– А-а, это следователь из прокуратуры.

– А фамилия? Телефон? Есть у тебя его данные?

– Да-да, есть… Это все есть, сейчас найду.

Лида встала, вышла и через минуту принесла листок бумаги. Мятый, с запахом духов. На листке был номер телефона и ФИО: Борисов Иван Владимирович. Таранов сунул листок в карман. Лида снова налила себе водки.

– Не пей, Лида… вином не зальешь.

– Боишься, что я сопьюсь? – спросила она и опрокинула водку в рот. На этот раз не поморщилась.

– Нет… но…

– Херня, Таран. Не бери в голову.

Конечно, подумал он. Конечно, херня… не бери в голову. Три к носу, и все пройдет. Перемелется – мука будет. А Славка лежит на Южном. Умный, добрый и порядочный Морда лежит в земле. Те суки, которые его убили, живы и здоровы… Э, нет, ребята, так не пойдет! Так не пойдет, ребята! Меня учили по-другому.

– Когда отгонишь машину?

– Да прямо сейчас и отгоню… А где Рыжик?

– Спит еще…

– Ладно. Я потом вернусь, и поговорим. Вы дома будете?

– Ага… дома. Куда нам идти?

Она даже не спросила: о чем? О чем, Таран, ты хочешь поговорить? Она сказала: ага… дома.

На скатерти стояла пустая Славкина стопка, лежали три стодолларовых купюры… Херня, не бери в голову… Ага.

Глава шестая

СМЕРТЬ ДО ПРИБЫТИЯ

Гараж у Мордвинова был не за «полгорода», но все равно далековато. Таранов у Славки в гараже нередко бывал, делал кой-какой мелкий ремонт, но чаще они там просто выпивали понемногу. В гараже было уютно, Славка все обшил вагонкой, прошелся морилкой… Игрушечка получилась, а не гараж. И было здорово сидеть у аккуратного верстака под керосиновой лампой и выпивать понемногу под разговор «за жизнь»: о машинах, о рыбалке, об отечественном бардаке.

«Двойка» стояла у подъезда. Машина старенькая – четырнадцать лет уже – но ухоженная, крепкая, надежная. Славка машину любил, душу в нее вкладывал… Иван проверил уровень масла, тормозухи. Все в норме. Движок пустился сразу, легко. Указатель топлива показывал почти полный бак. Следовательно, в распоряжении Вячеслава Германовича Мордвинова был исправный и заправленный автомобиль. И если бы он собирался куда-то поехать, то поехал бы на машине, а не на электричке… так что же он делал на железнодорожной станции?… Я узнаю. Я обязательно это узнаю.

Таранов без проблем миновал пост ГАИ на путепроводе в конце проспекта Культуры, без особых проблем договорился со сторожами в КАС-28 и подъехал к гаражу. Открыл два замка и вошел внутрь. Включать электричество не стал, зажег старую «летучую мышь» над верстаком. Посидел на самодельной табуретке, выкурил сигарету. Неожиданно услышал какой-то шорох в дальнем углу верстака, оглянулся… Там стояла странная конструкция из двух поставленных «вверх ногами» пластиковых двухлитровых бутылей.