Он трахает меня, прижав к стене. В его действиях нет ни любви, ни обожания; он жаден в своем желании овладеть мной целиком и сразу, и его толчки становятся все сильнее и быстрее, а я не могу сдержать стон. Его рука зажимает мне рот, он входит в меня, и звук соприкосновения кожи с кожей наполняет кабинет.

Мое тело напрягается, и Картер издает стон.

— Вот так, детка… Кончи на мой член.

Я подчиняюсь его требованию. Он наклоняется и трет мой клитор, одновременно входя в меня. Чувствую, как его член набухает внутри моих стенок, пока он яростно трахает меня.

Он прижимается ртом к моему плечу и выходит.

— О, черт… Кончи на мой член, детка…

И я кончаю; сильно кончаю, наслаждаясь гортанным звуком, который вырывается у него, пока мое тело сотрясается от толчков. Его горячее и тяжелое дыхание обдает мой затылок, и я вздрагиваю от этого ощущения.

Когда Картер отстраняется и застегивает молнию на брюках, я одергиваю юбку. По какой-то причине по мне ползет змея беспокойства; мое подсознание ощущает растущее напряжение между нами.

Я чувствую себя… использованной.

Но это абсурд — я хочу, чтобы Картер владел моим телом. Моргаю, чтобы прогнать жжение в глазах, и дрожащими руками заправляю блузку.

В какой-то момент я оборачиваюсь, и меня охватывает боязнь от того, что я вижу в его глазах, но как только наши взгляды встречаются, понимаю, что страх был иррациональным. Конечно, Картер смотрит на меня с тем же благоговейным трепетом, который я видела раньше.

— Иди сюда, — говорит он.

Я придвигаюсь к нему ближе, и он обхватывает ладонями мое лицо, запечатлевая нежный поцелуй на губах. Вдыхаю его характерный мужской и океанский аромат, который полностью принадлежит ему, и окружает меня уютом.

— Встретимся позже на Утесе Дьявола, — говорю я. — Не знаю, как я смогу дождаться следующей встречи с тобой.

Он запечатлевает поцелуй на моем лбу, прежде чем отстраниться.

— Я постараюсь.

У меня в груди покалывает от волнения.

— Ладно. Конечно, — я киваю несколько раз, пока он идет к двери.

— Увидимся, — говорит он и выходит из кабинета.

Я обхватываю себя руками. На данный момент мы свободны от Сью и ее угроз. Нам с Картером не нужно торопиться. Мы можем позволить силе наших чувств возрасти.

Так будет лучше.

Я сделаю все, что потребуется, лишь бы мы были вместе. Он не понимает, как сильно я буду стараться ради нас. Картеру больше не нужно быть борцом.

Глава 10. Единомышленники

Эллис

Существует баланс между любовью и одержимостью. Здоровым и нездоровым. Но как понять, что человек перешел черту?

Если любовь вызывает эйфорию, а одержимость — это состояние восторга, как вы можете доверять своим чувствам, чтобы понять разницу?

Эти вопросы мучают меня, пока я сижу на парковке напротив особняка. Моя «Ауди» спрятана за живой изгородью перед соседским двором. Я скрыта темнотой и нелепыми зарослями кустарника. Из гигантского дома доносится глухой рокот басов. Толпы людей собрались на боковой стороне и на заднем дворе. Гирлянды мерцают над бассейном и патио.

Когда я смотрю на этот дом, у меня в животе возникает неприятное чувство. Он напоминает мне дом родителей. Я не могу считать его своим или родным домом, хотя выросла там. Как и здесь, там была пустота и холодность. Красивый и впечатляющий, но лишенный характера.

Мои родители не проводили там достаточно времени, чтобы запечатлеть в нем свою индивидуальность. И когда они умерли, оставив мне дом и значительную страховую выплату, первое, что я сделала, когда мне исполнилось восемнадцать, — это выставила дом на продажу.