Изменить размер шрифта - +

Камень вспыхнул, ожил, ладонь жгло. «Черный свет — всепоглощающая тьма. Тот, у кого есть…» Темный Родич смотрел, как свет сгущается перед ним, нарастает, нарастает… «… повод и право…» И вот магия нанесла ответный удар, сокрушив сомнения и страх, заставив умолкнуть шепот и крик, наделив Уолкера немыслимым могуществом… «… возьмет камень в руки и исполнит назначенное…»

Теперь!

Он направил вперед сгусток черного света: огромный туннель прорезал воздух, поглощая все на своем пути, засасывая материю, пространство и время. Прозвучал взрыв на гребне пустынного обрыва, и Уолкера отбросило назад. Но Темный Родич не упал. Магия пронеслась сквозь него, придав новые силы, заковав в броню. Черный свет чернилами растекался по небу, поднимался, ширился, сам выбирал направление, словно струился по невидимым каналам и руслам. И вот он начал лепить некую форму. Уолкер задыхался. Свет Черного эльфийского камня обводил очертания могучей крепости, ее бойниц, башен и шпилей. Воздвиглись стены, показались ворота. Свет поднимался в небо все выше, преграждая путь солнцу. Тень, отбрасываемая замком, окутала Уолкера Бо, и он почувствовал, что исчезает в ней.

Необыкновенные ощущения переполняли его. Что-то новое, некая волшебная сила заструилась сквозь него. Та, другая, беспомощная и словно бы перепуганная, слабела перед этим натиском.

Это магия, сковавшая утраченный Паранор, уходила в Черный эльфийский камень.

Черный свет затопил пустые пространства, очерченные на вершине обрыва, наделяя материей и жизнью Паранор; крепость друидов возвращалась в мир людей, покидала темные пространства, где скрывалась все эти годы. Она поднималась в небо, величественная и грозная. Черный эльфийский камень поблек на ладони Уолкера.

Хриплый крик перешел в стон. Уолкер упал на колени, ощущая, как новая жизнь пробуждается в нем. Сквозь дымку он увидел себя, почувствовал, как кровь застыла у него в жилах. Он больше не существовал! Он превратился в призрак!

Уолкер заставил себя подняться. По-прежнему сжимая в руке Черный эльфийский камень, он следил за своими движениями как бы со стороны. Его руки мерцали. Тени перекрещивались. Он словно распадался на части. «Проклятье! Что со мной сделали!» Он заковылял вперед, неуклюже взбираясь наверх, не зная, что ему делать. Темный Родич чувствовал: он должен добраться до Паранора. Должен попасть внутрь.

Подъем был долгим и трудным. Задыхаясь, Уолкер все-таки добрался до железных ворот Паранора. Он мог дышать и двигаться, как обычный человек, ощущения его остались прежними. Это ободрило Уолкера, и он поспешил к воротам. Крепость казалась вполне реальной — камень ее был шероховатым на ощупь — и в то же время мистически грозной и величественной — трудно было подобрать точное определение. Ворота открылись, едва Уолкер прикоснулся к ним, словно он обладал силой тысячи людей и мог сокрушить все, что бы ни оказалось у него на пути.

Он вошел. Тени окутали его. Он стоял в колодце мрака, повсюду вокруг слышался шепот смерти.

И вдруг что-то всколыхнуло мрак, отделилось от темноты и обрело форму — четвероногий призрак, неуклюжий и зловещий. То был болотный кот, черный как смоль, с золотистыми светящимися глазами.

Уолкер замер.

Вслед за котом возник человек, старый и сгорбленный: он приближался, и черты его лица казались все более знакомыми.

— Наконец-то ты пришел, Уолкер Бо, — прошептал он.

Темный Родич почувствовал, как последние силы покидают его. Перед ним стоял Коглин.

 

ГЛАВА 33

 

В Садах, своем святилище, Король Серебряной реки опустился на землю. Солнце таяло на западном горизонте. Прозрачный ручей струился по каменному руслу у самых его ног и падал в озеро, где утолял жажду единорог. Ветерок тихо шелестел в зарослях жасмина, в воздухе разливалось благоухание сирени и желтых нарциссов.

Быстрый переход
Мы в Instagram