— А от Падишара нет никаких известий?

Девушка отрицательно покачала головой.

— И никаких сведений о Моргане, Стеффе и других?

— Нет, они исчезли.

— Да, еще одна загадка.

Девушка печально улыбнулась. Каждый думал о своем.

На следующий день преисполненный решимости Пар снова заявил, что хочет подняться в Тирзис. Он слишком долго сидел взаперти, ему необходимо снова увидеть мир, ощутить солнечное тепло, вдохнуть свежий воздух. Кроме того, пока он здесь прячется, ровным счетом ничего не происходит. Пора и ему приняться за дело.

Дамсон возражала, уверяя, что Пар еще не вполне выздоровел и что, покинув подземелья, он поставит себя под удар. Федерация его знала, его приметы были известны повсюду. После побега Пара из Преисподней Ищейки обшарили нижние ярусы древнего дворца и обнаружили внутренние коридоры. Теперь они обследуют их. Правда, им предстоит прочесать огромное количество туннелей и сточных труб, но тем не менее опасность есть.

Наконец спорящие пришли к компромиссу. Пару позволят выходить в ближние туннели, но только вместе с Дамсон или Кротом. Пар не станет подниматься на поверхность. Он пойдет туда, куда ему скажут, и будет делать то, что ему велят. Уцепившись хоть за какую-то возможность выбраться из своей «больничной палаты», Пар согласился.

Он с интересом осматривался кругом, следуя за Дамсон и Кротом, запоминал расположение туннелей, мысленно наносил их на карту. В первый день Пар быстро устал и вынужден был рано вернуться назад. На второй день сил у него прибавилось, на здоровье почти не приходилось жаловаться, и очень скоро Пар почувствовал себя в подземельях вполне уютно. Он довольно неплохо изучил хитросплетения туннелей и сточных труб и уже мог бы самостоятельно отыскать путь на поверхность, если бы возникла такая необходимость.

Осмотрительный Крот помогал ему во всем, внимательно следя за каждым его шагом и кивком выражая одобрение. Дамсон всегда была рядом и то и дело норовила коснуться его рукой, словно защищая от опасности. Пар улыбался про себя: покровительство друзей забавляло юношу.

Миновала неделя. Теперь самочувствие Пара было вполне сносным, он почти поправился. Прошло уже более месяца с тех пор, как его перенесли в тайное убежище под Тирзисом. Он постоянно думал о том, что пора уходить, пора попытаться снова связать воедино разорвавшуюся нить своей жизни.

Но с чего же ему, собственно, начинать? В конце концов решение было принято без его помощи.

Прошло десять дней с тех пор, как Пар начал исследовать туннели вокруг убежища Крота. Однажды вечером юноша сидел на кровати, в который раз разглядывая Меч Шаннары. Дамсон ушла в город — узнать что-нибудь о Падишаре и о Федерации. Крот тенью бродил из комнаты в комнату, суетливо переставляя с места на место вещи. Время чая прошло, а девушка не возвращалась, и Крот тревожился. Пар думал о своем. Он чувствовал, что в его воспоминаниях чего-то не хватает. По мере того как к Пару возвращались силы, он старался восстановить ход событий, обрывки выплывали из хаоса и картина постепенно прояснялась. Вот и теперь Пар отчетливо вспомнил, как в нем пробудилась магия. Колл, а точнее — то существо, которое некогда было Коллом, стало угрожать ему. Потом Колла не стало, существа из Преисподней бросились на него, и песнь желаний вложила Пару в руки пылающий меч — равного ему оружия магия доселе не создавала. Клинок без малейших усилий крушил порождения Тьмы. На несколько мгновений Пар превратился в одержимого — охваченный яростью и безумием, он почти совсем утратил способность рассуждать. И теперь он снова испытал те же ощущения. Но было еще что-то, о чем он совершенно забыл и вспомнил только сейчас. Когда порождения Тьмы были уничтожены и Пар нагнулся, чтобы поднять Меч Шаннары, клинок обжег его. И тотчас же магия исчезла, и он не смог призвать ее снова. Почему Меч Шаннары сделал это? Что произошло? Пар размышлял над этой загадкой, когда в дверь подземного убежища Крота ворвалась Дамсон, ее длинные волосы растрепались, она задыхалась.