— Думаю, что нет, — наконец проговорил он. — Но не уверен.

Морган откинулся назад.

— Уолкер, что мы здесь делаем? Для чего она позвала нас с собой?

Уолкер молчал.

— Не знаю, зачем я согласился пойти. Нет, знаю. Меня влечет к ней, да, я очарован ею. Но разве это причина? Я должен быть не здесь. Мне следовало бы вернуться в Тирзис и отыскать Пара с Коллом.

— Мы уже обсуждали это, — мягко напомнил Уолкер.

— Знаю. Но все время продолжаю задавать себе этот вопрос. Особенно теперь. Пи Элл — наемный убийца; зачем он идет с нами? Или Оживляющая всех нас считает такими? Думает, что все мы готовы посягнуть на чужую жизнь? Для этого-то мы ей и понадобились? Не могу в это поверить!

— Морган, — Уолкер дружески похлопал юношу по плечу. И вдруг вспомнил, в каком состоянии был он сам, когда его нашли среди развалин в Каменном Очаге. — Тебе известно далеко не все, — прошептал он. — Как и мне, кстати. Я многое чувствую, но не все четко вижу. У Оживляющей есть еще какая-то цель, помимо той, которую она открыла нам. Она — дочь Короля Серебряной реки, не забывай об этом, и способна предугадывать события. Она обладает магией, превосходящей ту, что нам доводилось видеть до сих пор. Но и она уязвима. И теперь ей нужно быть осторожней. Думаю, что мы оказались здесь отчасти для того, чтобы помочь ей.

Морган обдумывал слова Уолкера, прислушиваясь к безмолвию ночи, пытаясь разглядеть сквозь ветки старой ели хрупкую фигурку Оживляющей, которую в одно мгновение способна поглотить ночь.

Уолкер напрягся:

— У меня было видение. Я видел, как она умирает, и предупредил ее об этом. Перед тем как мы покинули Каменный Очаг. И сказал ей, что мне, наверное, не следует идти. Но она настояла, и вот я здесь. — Уолкер оглянулся. — И так с каждым из нас. Мы пошли, потому что знали: так нужно. Не пытайся понять, почему так случилось, Морган. Просто смирись.

Морган вздохнул и снова оказался во власти своих постоянных мыслей об утраченном прошлом и неопределенном будущем. Юноша думал о том, сколько всего произошло с тех пор, как Омсворды явились к нему в Ли, и как все изменилось с той поры.

Уолкер Бо поднялся, легкий шорох потревожил тишину.

— Помни, что я сказал, горец. Держись подальше от Пи Элла.

Он отодвинул ветки и ушел не оглядываясь. Морган Ли смотрел ему вслед.

Прошло много времени. Наконец Пи Элл вернулся. Он подошел к Хорнеру Дизу и сказал:

— Теперь путь свободен, старик, веди.

Не говоря ни слова, беглецы встали и последовали за Карисманом, который провел их назад к зубчатой гряде. Никто не встретился им на пути. Морган знал, что так и будет: Пи Элл обо всем позаботился.

Еще не рассвело, путники поднялись и пошли на север вдоль гряды. Диз шагал впереди. Горы, залитые лунным светом, напоминали огромных спящих великанов. Беглецы вышли из долины и повернули к холмам. Занимался рассвет, небо на востоке посветлело. Диз ускорил шаг.

Когда солнце взошло, отряд уже был далеко, долина скрылась из виду. Путники остановились возле ручья с прозрачной водой, чтобы утолить жажду.

— Посмотрите-ка туда. — Хорнер Диз показал на гряду утесов. — Это северный отрог гор Чарнал, последнее препятствие на нашем пути. Там десятки перевалов, урдам в жизни не узнать, который из них мы выбрали, повсюду скалы, след отыскать трудно.

— Тебе трудно, ты хочешь сказать, — сквозь зубы бросил Пи Элл.

— Урды не уходят далеко от своих селений, — не обращая на него внимания, продолжал Диз. — Как только мы переберемся на ту сторону, так окажемся в безопасности.

Путники с трудом поднялись на ноги и двинулись дальше. Солнце стояло высоко, сияющий шар белого пламени превращал землю в раскаленную печь.