Сергей Владимирович рассказал о программе, которую он обнаружил на энерготеле девушки и о том, чем чревато ношение такого образования.

— Хорошо, — кивнул Игорь Сергеевич после того, как Изотов закончил говорить, — пусть она его хочет найти. Но для чего? Она же наркоманка, профессиональная не то проститутка, не то убийца! Зачем ей наш пацан? Убить? Изнасиловать?

— Этого пока и я не знаю. И выяснить это можно только одним способом. Дать им встретиться.

Целитель недоверчиво хмыкнул.

— Конечно, всё происходящее надо будет держать под строжайшим контролем. — Добавил майор, но Дарофеева он не убедил.

— А, может, просто — снять эту программу, да и дело с концом? — Предложил Игорь Сергеевич.

— Можно, — согласился Изотов, — но не нужно. Их связь от этого не ослабеет. Насколько я успел заметить, программа уже ассимилировалась в её базовую энергоструктуру. Удалишь программу — придётся удалять и сопутствующие энергоканалы. А чем это закончится — непонятно. Возможно, от этого она умрет…

Пономарь поёжился:

— Тогда, действительно, лучше не трогать… А если спросить? Напрямую.

— Вряд ли она ответит честно. — Повёл головой майор. — Да и задавать такие вопросы — значит насторожить её. Она почувствует опасность и…

Дарофеев тихонько рассмеялся:

— Уж после того, что она видела…

— Ты прав. — Нехотя кивнул Сергей Владимирович. — Но всё равно, незачем добавлять страха. Возможно, эта Яичница сама проговорится, хотя надежды на это мало.

— Ладно, Бог с ней! — Игорь Сергеевич взмахнул рукой, давая понять, что эту тему он закрыл. — Теперь, что с Витей?

— Действуем по плану. Что же ещё?

Но когда пришло время выезжать, в головах друзей одновременно прозвучал голос хумчанина:

— Вы что, начали раньше срока?

— Нет. — Ответил Игорь Сергеевич. — Мы ещё дома.

— Тогда — отбой. — Сказал Витя. — Тут что-то происходит…

Изотов вбежал в комнату, где расположился Игорь Сергеевич. Всё было ясно без лишних слов. Едва майор расположился в кресле, друзья покинули тела и оказались над химкинским особняком.

Весь вечер Призрак поглядывал на часы.

Наконец, без четверти десять, Михаил Русланович спустился в комнату Вити. Всё время, после посещения Рыбака, его подопечный не проявлял никакой активности. Мальчик словно ушёл в себя, не желая реагировать на происходящее. Что он делал с своём мире, о чём размышлял, оставалось для Кашеварова полнейшей тайной. Хумчанин так заблокировал свой мыслительный процесс, что сквозь эту защиту не просачивалось ни малейшего намёка на мысль.

Впрочем, это было и к лучшему. Витя, погрузившись в раздумья, не просматривал мозги окружающих и это для Призрака было как нельзя кстати. Иначе бывший ГУЛ смог бы как-то воспрепятствовать тому, что должно было произойти.

Войдя в комнату мальчика, Михаил Русланович нашёл того лежащим на кровати. Незрячие глаза хумчанина были открыты и, не мигая, смотрели в потолок. Кашеваров потрепал Витю за плечо.

— Вставай. — Подумал Призрак. — Пойдём со мной.

Едва пацан прикоснулся к излучениям мозга телепата, он моментально вскочил с кровати. Те образы, что увидел Витя в мыслях Призрака, заставили хумчанина невольно содрогнуться.

— Куда?

Кашеваров уже взял мальчика за кисть и тянул за собой, но Витя упёрся, хотя и знал, что телепат гораздо сильнее его и, если потребуется, может увести, прибегнув к грубой силе.