— Совсем, как в прошлом году… — Задумчиво проговорил Изотов.

— А, может, это как раз наш Витя куролесит? — Предположил Константин и фээсбэшник услышал в его голосе плохо скрываемое злорадство.

Дарофеев-младший с самого начала не одобрял патронаж, который его брат взял над хумским самородком. Спецназовец хорошо помнил как в прошлом году Витя, бывший тогда Главным Управляющим Людьми, заставил его, Константина, заявиться к Игорю Сергеевичу с намерением убить последнего. И лишь своевременное снятие ГУЛовской программы предотвратило древнейшее преступление.

С тех пор Константин Сергеевич не мог этого простить Вите Матюшину. Ему не верилось, что Пономарю удастся перевоспитать ГУЛа, внушить тому должное уважение к личности человека, и заставить понять, что любую жизнь нельзя прерывать ради какой-то прихоти.

И то, что Дарофеев-старший так просто простил хумчанина и взял его под своё крыло, было для Константина непостижимо. Он, конечно, во всём доверял брату, но с каждым годом поступки Игоря становились для младшего Дарофеева всё более и более странными.

— Да. — Твёрдо проговорил Сергей Владимирович. — На сколько мне известно, почерк почти тот же…. Но этого просто не может быть! Ведь Игорь…

— Ошибся… — Голос младшего Дарофеева был тих, но в нём сквозила такая уверенность, что Изотов невольно замолчал.

— Представь, этот Витя просто не может жить, чтобы кого-нибудь не замочить. У него потребность такая. Он занимался этим всю сознательную жизнь…

— Положим, не всю… — Попытался вставить майор, но Константин не обратил внимания на эту реплику.

— И вот, ему запрещают это делать. А понятия о справедливости у него искажено настолько, что видя, как кто-то творит зло, пацан просто не в силах сдержаться.

— Ну, положим, это не извращённое понятие… — Громко сказал Сергей Владимирович и младший Дарофеев запнулся, поняв, что сказал глупость, но не сдался:

— Пусть так. Согласен. Но посуди сам, парень взвалил на себя чуть ли не божественные функции. Карать и миловать. Он уже успел насладиться чувством власти. Почти абсолютной. От такого так просто не отказываются…

Майор уже давно понял, к чему клонит брат Пономаря, и ждал, будет ли это страшное подозрение облечено в слова.

— А Игорь ему мешал. Понимаешь? И Витя решил его нейтрализовать…

— Таким способом? — Чуть не выплюнул Сергей Владимирович. — Не верю. И не поверю никогда.

— А ты что, в его голове был? — В запале спросил Константин.

— Был, представь себе. — С внезапным для самого себя ледяным спокойствием ответил Изотов, и младший Дарофеев на секунду стушевался, запамятовав о том, что майор, в отличие от него самого, мог на равных разговаривать со слепоглухонемым отроком.

— И что там, в голове?

— Знаешь, ничего, что могло бы хоть как-то повредить Игорю.

— А ты уверен на все сто?

— На двести пятьдесят. — Скривился Сергей Владимирович. — Давай, кончим на этом…

— Нет, погоди. — И Константин с прищуром взглянул на фээсбэшника. — А где сейчас наш Витя?

— Не знаю. — Изотов пожал плечами и одновременно покачал головой. — Он не выходит на связь. Я за последние сутки несколько раз пытался…

— Ага… — Глумливо усмехнулся младший Дарофеев. — И что ты об этом думаешь? Моё мнение ты знаешь. Попробуй, убеди в обратном…

— А чего мне тебя убеждать? Я Вите верю.