В следующую секунду пришёл страх.

Манипура Игоря Сергеевича резко заработала на сильнейший сброс «лишней» энергии. За ней последовали анахата и свадхистана. Перегруженная вишудха, горловой чакр, закрылась, а муладхара и сахасрара, схватив внешние силовые потоки, устремили их друг навстречу другу, компенсируя энергию, излучаемую манипурой. Встреча произошла в районе сердца. Анахата не выдержала и Дарофеев потерял сознание.

«Что ж, — Резюмировал Изотов свои наблюдения, — Успех. Несомненный успех… Игорь что-то вспомнил. Это вызвало мощнейший стресс. Осталось выяснить, хватит ли его, или следует продолжить…»

Но для самого себя Сергей Владимирович уже давно решил, что пойдёт до самого конца, лишь бы вернуть к жизни того Дарофеева, которого он знал уже второй год. Дарофеев нынешний же напоминал Сергею Владимировичу некий манекен. Живой, чувствующий, но в нём не было той человеческой полноты, которая выделяла прежнего Пономаря из массы прочих людей и, даже, экстрасенсов.

Бесчувственное тело бывшего целителя Изотов, с помощью Константина, перетащил обратно в спальню. Там Игоря Сергеевича раздели и уложили на кровать.

— Пусть проспится. — Веско сказал фээсбэшник. — Главное сейчас — не тревожить его.

Дарофеев-младший невесело усмехнулся и утвердительно кивнул.

Внезапно Пономарь во сне дёрнулся всем телом. В то же мгновение Изотов понял, что с ними хочет поговорить Витя Матюшин. Но целитель к разговору был не готов и поэтому Сергей Владимирович один настроился на мыслеволну пацана.

— Мне плохо… — Слабым телепатическим голосом забормотал Витя. — Помоги мне, дядя Сергей!..

Фээсбэшник вместе с мыслеречью мальчика улавливал и его физическое состояние: крайняя усталость, жар во всём теле, затруднённое дыхание. Короче, все признаки воспаления лёгких, на которое накладывалось сильное нервное истощение.

— Ты где? — Сформулировал Изотов мысль. — Скажи — и я тут же приеду…

— Тут опасно… — Подумал Витя и в следующее мгновение Сергей Владимирович уже знал и куда надо бежать, и кто охраняет мальчика. Промелькнуло и странное незапоминающееся лицо человека, которого следовало опасаться больше остальных. На этом контакт резко прервался.

— Со мной связался Витя. — Пояснил Изотов Косте, который с недоумением взирал на застывшего на полушаге майора. — Он в беде…

— Поедешь… — Неодобрительно проговорил младший Дарофеев.

— Обязательно.

— Ну, как знаешь… — Повёл головой в сторону Константин. — Только…

— Что? — Сергей Владимирович уже выходил из спальни.

— Адресок оставь. На всякий случай. Мало ли…

— Я справлюсь. — Заверил его майор, но всё-таки показал Дарофееву-младшему тот особняк, в котором содержали Витю. Костя задумчиво глядел на атлас Подмосковья, на котором карандашом Сергей Владимирович обвёл своё место назначения, пока тот, вскрыв один из тайников с оружием, подбирал себе небольшой арсенал.

Когда Сергей Владимирович доехал до Химок, шёл уже восьмой час вечера. Стемнело. Из низких облаков сыпалась снежная крупа. Она кружилась, следуя ветру, в белёсых конусах ртутного света, который давали многочисленные фонари по обеим сторонам до сих пор Ленинградского, а не Санкт-петербургского, шоссе.