|
– Вскоре мы займемся музеем. Нужно добавить еще несколько залов, чтобы поместить реликвии долгой ночи.
– Музей? – переспрашивает Дрю.
Я сдерживаю смех, отлично понимая его замешательство.
– Когда все будет готово, тебе стоит на него взглянуть.
– Могу провести экскурсию, – предлагает Лавенция. – Если, конечно, тебе интересно. – Почти робким жестом она заправляет за ухо прядь волос. Никогда еще не видела, чтобы она хоть с кем-то вела себя настолько застенчиво.
– Конечно. С удовольствием посмотрю.
– Со мной? – нерешительно уточняет Лавенция.
– Отличная мысль! – Брат, как всегда, ничего не замечает.
Когда Лавенция уносится прочь, безуспешно стараясь скрыть широкую улыбку, я едва сдерживаю смех.
– Что еще? – бурчит Дрю.
– Ничего, – качаю я головой.
Лучше понаблюдаю со стороны, как будут развиваться события. В некоторые события не стоит вмешиваться. Сейчас нам с Руваном хватает забот с Кэллосом, который все никак не решится сделать предложение Уинни.
В приемном зале Дрю берет меня за руку, и мы шагаем в пространство между складками мира. Окружающая тьма немного напоминает мне о Грани. Всякий раз, перемещаясь с помощью тумана, я почти представляю, как бреду сквозь эту границу между мирами.
– Что мы здесь делаем?
Я понимаю его замешательство. Обычно я сразу переносила его вглубь туннеля, практически к самой Грани, где уже не действуют барьеры замка. Сейчас же мы попадаем на каменистый пляж. Позади нас возвышаются утесы, в которых укрылся мой новый дом.
– Это море, – тихо поясняю я, сжимая его руку.
– Как мы и мечтали, – широко улыбается брат.
День пролетает незаметно. Оставив Дрю возле Грани и передав через него объятие маме, я возвращаюсь в кузницу. Новый глава академии Кэллос запросил для изучения большое количество кровавого серебра.
Я усердно работаю до захода солнца. Впрочем, не только я привыкла трудиться допоздна.
Скрестив на груди руки, прислоняюсь к дверному косяку. Руван сидит за столом, его фигуру обрамляет лунный свет. Обожаю это зрелище. Пусть вампиры спокойно существуют и при дневном свете, ночь к ним намного благосклоннее. Сколько бы мой кровник ни спорил, он – ночное создание. Бледный свет ласкает щеки Рувана, отбрасывает на лицо резкие тени, подсвечивает постоянно падающие на глаза волосы, которые он неизменно убирает.
– Если ты и дальше будешь так пялиться, я, пожалуй, решу, что ты задумала создать мой портрет. – Он откладывает перо.
– Просто не хотела мешать, – поясняю я, улыбаясь шутке.
– Да нет, хотела, – лениво ухмыляется мой король, отрываясь от бумаг, разбросанных по большому письменному столу его нового кабинета и откидываясь на спинку кресла.
Замок просто огромный, и в нем еще множество комнат, которые нужно привести в порядок. Большинство жилых помещений пока просто обустроили на скорую руку.
– Ну, может, немного, – пожимаю я плечами и, оттолкнувшись от дверного косяка, медленно прохожу через комнату. – Уже поздно. Мне ложиться без тебя?
– Следовало бы сказать «да». – Руван постукивает по бумагам. – В сутках не хватает времени, чтобы все успеть. И если через две недели мы все же хотим устроить праздник в честь нашего возвращения, мне придется основательно поработать ночами.
– Кто бы мог подумать, что королем быть настолько весело? – Прислонившись к краю стола справа от него, я указываю на бумаги. – Я представляла себе по большей части троны, накидки, короны и раздачу приказов подданным. |