Изменить размер шрифта - +
Для нее была предназначена единственная на борту одноместная каюта, роскошно обставленная, с отдельным душем и туалетом.

Распаковывая свою одежду, она чувствовала себя довольно неуютно. Когда на борту яхты раздались три гудка, объявляющих отплытие, Гейл задумалась: надо ли было ей принимать участие в этой поездке? Ее мысли все еще притягивала крепкая мужская фигура рядом с ней в большом автомобиле и сильные загорелые руки, уверенно держащие руль. Несколько часов назад темные глаза, казалось смотревшие только на дорогу, не упустили из виду, что Морис Пемблтон заснул на заднем сиденье. Ланс ван Элдин осторожно припарковал автомобиль к обочине и обернулся, чтобы прикрыть отца Гейл пледом. Ее горящие синие глаза отметили спокойное выражение лица, жесткую линию рта. Она не улыбнулась, когда заметила ответный взгляд Ланса.

Девушка глубоко вздохнула и решила принять душ перед тем, как натянуть на себя платье-джерси цвета сливок. Она не была потрясена роскошной обстановкой яхты — ей приходилось плавать на подобных судах, но была приятно удивлена, что стоит только ей нажать кнопку, как все ее желания будут выполнены.

Отец, утомленный долгой дорогой, обедал в своей каюте, так что Гейл пришлось в одиночестве направиться в бар. Насколько она могла заметить, большая часть из собравшихся на обед были деловыми партнерами сэра Бонара. Присутствовали также две пожилые пары, четверо военно-морских кадетов и какие-то подростки за другим столом. Ланс шагнул к ней, чтобы проводить к столу сэра Бонара. К недовольству Гейл, она была усажена между Лансом и его крестным, и вопрос, зачем она согласилась на эту поездку, мучил ее на протяжении всего вечера.

Во время обеда Ланс услужливо подавал ей все, что оказывалось вне ее досягаемости. Она же старалась, как только могла, относиться к нему холодно и равнодушно. Своим напускным обаянием он пытался разбить ее защиту, но тот факт, что он кичится своей привлекательностью, заставлял Гейл еще больше сопротивляться его чарам. Его насмешливые глаза, казалось, теряли свое обыкновенное выражение, лишь когда его взгляд останавливался на ее искрящихся золотом волосах. К остальным участникам обеда он обращался с непосредственной улыбкой и часто смеялся. С Гейл же он был сдержан и отстранен, и это ее раздражало.

Прогуливаясь по залу перед подачей послеобеденного кофе, Гейл неожиданно столкнулась с Лансом.

— Надеюсь, вам нравится путешествие, — проговорил он. — Здесь есть молодежь, с которой вы можете поболтать. Нет никакой необходимости опекать отца. У него есть Бинз, и на борту яхты нет одиноких вдов.

Гейл сжала пальцы в кулак — он дразнил ее!

— Хм, вы тоже можете расслабиться, разве нет? — ответила она. Ее улыбка была не менее зла, чем его слова.

— Да, но есть некоторая опасность, которую нельзя игнорировать. Как вы думаете?

Она проследила за его пристальным взглядом через зал к тому месту, где четверо симпатичных подростков пили кофе.

— Ну уж избавьте! — вырвалось у Гейл.

«Лучше бы промолчала, — корила себя девушка. — Молчание — самое эффективное оружие против человека, умеющего выходить сухим из воды».

Едва Ланс усадил ее, как Нетта подала им кофе. Затем они присоединились к сэру Бонару и еще нескольким гостям, и Гейл удалось расслабиться и даже поучаствовать в последовавшей приятной беседе. Позже она вышла на палубу подышать свежим ночным воздухом и, почувствовав себя приятно утомленной, перед сном заглянула к отцу.

Первое предвестие того, что Норвегия приближается, появилось следующим утром, когда ветерок принес запах сосновых лесов и волнующе чистого воздуха гор. На завтрак можно было на выбор заказать либо скандинавские блюда, состоящие из холодных закусок с мясом, овощами, рыбой, фруктового салата и сыра, либо обычные кушанья английской кухни.

Быстрый переход