После обеда они пили кофе в гостиной, и Гейл решила надолго не задерживаться здесь под предлогом незаконченных сборов. Зал был ярко освещен, и от этого немного резало глаза после мягкого полумрака столовой. Ланс подал Гейл чашечку кофе и подошел к проигрывателю, чтобы включить музыку.

Она уселась в уголок на диване и тревожно смотрела, как Ланс занимает другой угол и, вытянув вперед длинные ноги, собирается пить кофе. Звучала музыка из модных шоу, идущих в Лондоне. Ланс возил Гейл смотреть три мюзикла, романтичная тема которых ей тогда очень понравилась. Теперь эти звуки были ей безразличны. Она могла думать только о предстоящем отъезде и разлуке с Лансом.

Он допил кофе и, наклонившись вперед, внимательно слушал. Мельком взглянув на него, Гейл заметила завитки темных волос на затылке у шеи, и ей вдруг захотелось коснуться их.

Они слушали в молчании. Когда он поднялся, чтобы включить другую запись, она поставила свою чашку. Внезапно ее намерение уйти было нарушено звуками знакомой мелодии. Эта музыка уносила ее на волнах воспоминаний в то время, когда они с отцом сидели и слушали ту же самую часть симфонии Элгара, его любимой симфонии. Губы у нее задрожали. Разлука с Лансом и Мисти, нахлынувшие воспоминания об отце — это было уж чересчур! С подавленными рыданиями она выбежала из комнаты. Ланс звал ее, но она не остановилась, пока не достигла своей комнаты.

Глава 10

Танжер предстал перед Гейл букетом экзотических цветов и овеял удивительными ароматами. Встречала ее бабушка. Со слезами на глазах они заключили друг друга в объятия.

— Я так рада видеть тебя опять на ногах, дорогая, но ты еще слишком худа, — сказала она, осматривая стройную фигурку Гейл, ее бледное лицо и глаза, обведенные темными кругами.

Гейл улыбнулась, обрадованная и успокоенная теплым приветствием бабушки.

— Для тренировки ног требовалось много ходить. Она дотронулась до бабушкиной руки в синей шелковой перчатке. — Как дедушка?

— Лучше. Мы переехали в дом к другу, мистеру Шеарду. Он отставной полковник индийской армии, в его владении восхитительная вилла на Старой горе. Там немного прохладнее, чем около Касба, где мы жили сначала.

Рядом с аэропортом уже ждал автомобиль. Их встретил мужчина средних лет в белом костюме. Бабушка представила их друг другу, и Гейл отметила проницательные серые глаза на загорелом под тропическим солнцем лице. Небольшие усики соответствовали подтянутому виду бывшего военного, а приветливая улыбка смягчала строгие черты лица.

— Рад с вами познакомиться, миссис ван Элдин. Надеюсь, вам понравится у нас в Танжере. Вы слишком красивы для того, чтобы осмелиться приехать в Танжер в одиночку. Как только ваш муж отпустил вас?

— Да, Гейл. — Полли Пемблтон озадаченно нахмурилась. — Я думала, Ланс тоже прибудет. Вы могли бы провести здесь медовый месяц.

Гейл уселась на заднее сиденье около бабушки и была рада, что никто не обратил внимания на выражение ее лица.

— Ланс не смог приехать. Обычно он проводит Рождество со своей мачехой. Она совсем не такая, какой я ее воображала. Это абсолютно очаровательная женщина. — В таком же духе Гейл продолжала болтать, пока полковник не остановил машину у почтового отделения, чтобы отправить телеграмму Лансу о благополучном прибытии Гейл на место.

Затем они продолжили путь к Старой горе. Далеко вокруг простирались песчаные барханы, видны были многочисленные восхитительные маленькие заливы, бухты, водная гладь величественного Атлантического океана, легкий бриз проникал в открытое окно автомобиля.

Вилла полковника Шеарда стояла в окружении таких же небольших очаровательных строений, расположенных на склоне горы.