— Я не очень люблю, — холодно проговорил я, — когда планы с моим участием, строят, собственно говоря, без моего участия. Подобное меня напрягает.

— Понимаю, — Хлодвиг свел брови, кивнул, — но я не знаю подробностей. Ты можешь обсудить их лично с Прокуратором.

— Кто он?

— Я не знаю, — пожал плечами Пушкин, — к сожалению, — он вздохнул, — они только требуют. И никогда не отчитываются, эти Прокураторы.

Мне все это не слишком нравилось. Однако, ничего не поделать. Нужно попасть в академию, а для этого обзавестись титулом.

— Что ж ладно, — вздохнул я, — как мне найти Прокуратора?

— Я не знаю, — пожал плечами Хлодвиг, — мне сказали, что он сам тебя найдет.

— Классика, — поджал я губы. Полагаю, на этом все? Мне нужно собираться в дорогу.

Я было вознамерился встать со своего места.

— Игнат, — остановил меня Хлодвиг, — ты рассказывал о своем новом оружии, когда мы говорили по телефону.

— Верно, — я с улыбкой посмотрел на Пушкина.

— Мне жаль, что мой подарок не перенес копья души, — опустил он глаза, — это могло стоить тебе жизни.

— Ничего. Твой подарок был отличным оружием.

В одном из разговоров, я упоминал, что стилет Хлодвига был уничтожен. Правда, пришлось приврать, что случилось это, когда я отразил магию Синицына своим проводником. Не рассказывать же Пушкину о черном ореоле.

— То, что ты изготовил сейчас, лучше, — глаза Пушкина загорелись настоящим интересом, — прошу, Игнат, разрешите взглянуть.

Разрешаю, — я кивнул.

Извлек из ножен, что прилегали сзади, к поясу, продолговатый кинжал, непривычного вида, в форме спицы, без острых граней. Полтора сантиметра в диаметре у гарды, он сужался к острию. Не очень классическая форма обуславливалась необычным содержимым проводника. Его изготовили на заказ. Только вчера утром забрал у мастера.

— Какой странный, — улыбнулся Хлодвиг, рассматривая клинок в моих руках, — серебро?

— Верно.

— А внутри?

— Драконий волос, вымоченный ртутью. Оттого и необычная форма.

— Драконий волос?! — Хлодвиг, чуть было не вскочил с места. Думаю, он бы вскочил, но судя по тому, как он скривился от боли, и опустившись обратно в кресло, принялся массировать колено, старое тело таких финтов уже не позволяло.

— Тот дракон? Верно? Которого вы освободили на арене. Он же помог нам бежать.

— Верно, — улыбнулся я.

— Это на редкость очень вежливый дракон, — Хлодвиг тоже улыбнулся, но только одними глазами. — Александр Синицын поступил ужасно, пленив Миртабракке, — он опустил погрустневший взгляд, — демоника отравила его разум.

— Дело тут не только в ней, — я вернул проводник в ножны, — но не будем об этом. Бывайте, Хлодвиг. Мне пора.

Когда я уже открыл дверь, ведущую прочь из кабинета, Хлодвиг окликнул меня.

— Та черная книга, я много думал о ней, когда ты рассказывал, как пытался открыть ее кровью.

— Да? — я обернулся, — мне казалось, с этим ты не можешь помочь.

— Не могу, — Хлодвиг встал и пошел за свой рабочий стол. Присел там, — но я подумал… А что если кровь нужно не отдать добровольно, а, наоборот, забрать силой?

— Забрать силой, — задумавшись, я нахмурился.

— Если ваш отец хотел скрыть в книге тайны. Или, — он сделал небольшую паузу, как бы в нерешительности, — или даже забыть что-то.