— Ну, — помолчав ответил Малиновский, — главное, что с ними покончено. Все представители Ордена, о которых мы знаем, мертвы. И это отличная новость. Я сообщу ее Сновидцу.

Проклятье… Инсценировали смерть? Мои родители сделали это, чтобы защитить меня? Но отчего? И как? Я ведь хорошо помню тот день. Мы попали в одну автомобильную аварию. Вчетвером: я, Катя, отец и мать, катались на отцовском спорткаре за городом. Попали в аварию. Катю я вытащил своими руками, и она осталась жива. А вот родители…

Черт… я сам видел их мертвые тела! Черт. От всего этого мерзко на душе…

Мужчина в капюшоне не ответил. Он лишь прошел к столу и положил на него Екатерину. Потом мужик снял капюшон и посмотрел на Малиновского. Это был Сергей Орловский, отец Игната. Отец моего нового тела. Проклятье… Выходит, он убийца моих настоящих родителей.

Лицо было точно таким, каким я видел его на фотографии в книге, рассказывающей об истории рода Орловский: волевой подбородок, широкие скулы и челюсть. Тяжелый взгляд небольших голубых глаз, серые коротко стриженные волосы.

— Осталась еще она, — кивнул Сергей Орловский на Катю.

— Сновидец сказал, если она еще не готова, — серьезно начал Малиновский, — то убить девушку.

Услышав это, я сжал зубы так, что они скрипнули. Стиснул кулаки против собственной воли. Я понимал, что сейчас будет, и некоторое время боролся с желанием отвернуться и закрыть глаза. Не смотреть на ее смерть. Спустя мгновение я отбросил эти мысли. Решил, что выдержу. И отомщу.

Сергей Орловский извлек свой проводник, и он зажегся заклинанием Феррум. Оба мужика приблизились к Кате и раскутали ее по грудь. Уставились на ее красивое молодое тело, и мне стало мерзко в двойне.

Если бы я не знал, что не существую для них, то немедленно бы накинулся с кулаками. Они так и чесались.

Приблизившись, я взглянул на еще живую Катю, которая лежала без сознания. Она совсем не изменилась. В нигде она была такой же красивой как и сейчас, здесь. Я пожалел, что не могу убить этих двоих и вытащить невесту отсюда… Проклятье… Кажется, сейчас это единственное, чего я хочу…

Орловский некоторое время смотрел на тонкую шею Кати, потом отвел глаза.

— Я не могу. Убей ее ты.

Малиновский нахмурился.

— Сергей, Сновидец хотел, чтобы ты сделал это. Ты помнишь, что и так на испытательном сроке за свои проступки.

— Она совсем еще дитя, — отмахнулся Сергей, — не старше моей дочери, Вики. Я не могу ее убить.

— Хорошо, — вздохнул Малиновский, но Сновидец узнает об этом.

— И пусть, — Орловский посмотрел на него неприязненно, — я и так знаю, что ты доносишь ему все.

— Ничего личного, — холодно ответил Малиновский и извлек свой проводник, — это лишь моя работа.

Я не отводил глаз, когда Малиновский призвал призрачный клинок и с каменным лицом полоснул по горлу Кати. Когда это произошло, я только сильнее стиснул зубы. А потом удивился, потому что на коже девушки не осталось и следа.

— Проклятье, — прошипел Малиновский и добавил матом, — она уже прошла все процедуры! Она готова! Ее не убить!

Орловский молчал.

— Ладно, — Малиновский спрятал свой клинок, — Сновидец сказал, что делать в этом случае. Возьмем ее на юг, в Екатеринодар. Избавимся от Гекаты иначе. Граф Синицын поможет ее запечатать.

— Это не убьет ее полностью, — посмотрел на него Сергей.

— Зато выбросит из реального мира.

— Ее можно будет вернуть, — возразил он снова.

— Можно, — он кивнул, — но кто сказал, что мы позволим? Шесть Слов, Ритуал Соединения и Слияние. Все это — три ключа, которыми сможем воспользоваться только мы, чтобы высвободить ее силу.