Врачи пытались вытянуть из нее хоть какие-то данные о себе, чтобы заполнить документы. Однако, девушка назвала только одно — имя.

— Я Лолита, — твердила она в полубреду.

— И кого вы ищите здесь на этот раз? — проговорила уже знакомая мне медсестра, с которой мы у стойки ресепшена, — Никаких девушек по имени Венера, как в прошлый раз, у меня для вас нет, молодой человек.

Венера… Интересно, а что с ней сейчас? После того как я оставил ее в медцентре и получил от девушки Тенехождение, мы больше не общались. Я приезжал в больницу и пытался узнать, куда делась Венера. Кроме покойного Хлебова общих знакомых у нас с ней не было. Разыскать девушку я все еще пытался, но пока безуспешно.

— Сейчас я не ищу Венеру, — улыбнулся я вежливо, — мне нужна другая девушка.

— Вы ходите к нам только за девушками, — странно посмотрела на меня медсестра, — хоть бы раз пришли за настоящей женщиной.

— К сожалению или к счастью, — беззлобно ответил я, — мне приходится укладывать в больницу только пострадавших девушек. А потом навещать их же, — я вежливо улыбнулся, но внутренне поежился от намека медсестры.

— Ладно, — она тут же изменила тон на серьезный и холодный, — фамилия вашей новой девушки?

— Лолита.

— Я говорю, фамилия, молодой человек.

— А я говорю, посмотрите «Лолита». Нам было известно только ее имя.

Медсестра недовольно засопела, но листать учетную книгу все же начала. Потом полезла в ноут. Еще некоторое время я слушал, как щелкает мышка.

— Палата сто семьдесят пять, — наконец сказала она не очень приятным тоном.

— Спасибо, — ответил я тоном еще менее приятным.

Медсестра аж расширила глаза и даже растерялась. Ее ореховые зрачки забегали, и она несмело проговорила:

— Да… давайте я позову Нату. Она проведет вас к палате.

— Буду очень благодарен.

— Только будьте аккуратнее, — проговорила молодая, низенькая и худенькая медсестричка с точеной фигуркой, по имени Ната.

Ее привычная салатовая униформа, которая обычно сидит свободно, в случае девушки, казалось, только подчеркивала тонкую талию и стройные бедра. Будучи на две головы ниже меня, она смешно заглядывала мне в глаза и не переставая теребила косу рыжих волос.

— Аккуратнее?

— У пациентки слабое здоровье. И все из-за недосыпания. Доктор Альвинталь перепробовал почти все средства, но она все равно плохо спит. Едва-едва набирает три-четыре часа за ночь.

Я было собирался постучать, но медсестра меня остановила:

— Пожалуйста, без громких звуков. Они действуют на пациента очень болезненно.

— Благодарю за предупреждение, — ответил я и, тихонько открыв дверь, собирался уже войти, но замер, посмотрел на медсестру, — не пойдете?

Та отрицательно покачала головой и шепнула:

— Мы что-то не ладим.

Кивнув, я вошел.

В палате было темно, потому что широкое окно было занавешено очень плотными черными шторами. Вот только одна из них была сдвинута, а светлая и кружевная, та, что под ней, надулась парусом от ветра, залетавшего в открытое окно.

Бросив взгляд на пустую смятую постель и окно, я быстро сложил два и два и тут же метнулся к проему.

Выглянув наружу, я увидел то, что и ожидал увидеть. Лолита стояла на тонком карнизе снаружи, и безэмоционально смотрела вниз с пятого этажа. Там раскинулась полупустая парковка, что была за торцом здания.

Девушка, бледная и уставшая, одетая в короткий топик и шорты, смотрела вниз. Ветер шевелил ее соломенно-светлые волосы, закрывал ими белокожее лицо.