— И чем же? Просвети меня, дорогой господин незнакомец.

— Мужчины, — я хмыкнул, — обычно могут держать себя в руках даже среди дам, что всеми силами пытаются их соблазнить. А мальчишки же — сами бросаются на женщин. Так вот, господин Ольгерд, — я развел руками, указал на жриц любви, упорно пожирающих меня глазами, — так кто из нас двоих больше похож на мальчишку?

— Ах-ха-ха-ха-ха! — Рассмеялся здоровяк, — признаю! Уел! Точно, мальчишка тут — я! Герцог, — он обратился к Денису, — что же ты молчишь? Представь нас? Я просил тебя привести подмогу, но и представить не мог, что твой человек окажется так прыток и остер на язык!

— Это граф Орловский, — немного растерянно проговорил Денис, — Игнат Орловский. Он очень выручил мой дом. Пришел на помощь, когда Фоминым угрожала опасность. Я очень уважаю его и дорожу его дружбой, Ольгерд.

— Понял, — он кивнул, — буду с мальчишкой полегче.

— И прошу, не недооценивай его, — Поднял глаза герцог.

— Нет-нет, Денис, — отмахнулся я, — пусть недооценивает. Тем проще мне будет устроить господину Ольгерду «сюрприз», если он отпустит очередную неудачную шутку.

Здоровяк снова рассмеялся, утер слезы и проговорил:

— Мне нравится этот парень! Отличная сталь звучит, как музыка, если по ней ударить! — Скандинав отпихнул от себя девушку, легонько шлепнул ее пятерней по попе, как бы подгоняя, при этом приговорил, — давай, сладкая, топай. Я займусь тобой в другой раз.

Девушка недовольно покосилась на Ольгерда, но отошла. По звуку ее шагов, я понял, что на девушке все же была одежда — туфельки.

— Давайте к делу, Ольгерд, — я зашагал вверх по лестнице. Денис последовал за мной, — меня очень интересует один вопрос.

— Какой же? — Скандинав упер руки в боки, широко улыбнулся.

— Какого черта вы устраиваете облаву сегодня? Без предупреждения.

Когда мы переместились в большую гостевую комнату, Ольгерд развалился на диване. Он был так велик, что в одиночку занимал все пространство на нем. Денис и я сели на тот, что стоял напротив. Нас с гигантом разделял большой деревянный стол, усеянный объедками и пустой посудой.

Ольгерд отыскал в одном из блюд что-то съестное, критически осмотрел это и отправил в рот. Денис закатил глаза.

— Потому что, — сказал скандинав уже другим, изменившимся голосом, — я тороплюсь. Эта сука скоро смоется. Они хитра и умна. Пусть сейчас мы смогли загнать ее в ловушку, но я и мои люди неделю ходили вокруг да около, чтобы Абрамова потеряла бдительность. Да Валентин, — он выпрямился, — мой шпион, чуть ли не гопак вокруг нее выплясывал. Сегодня важный день. Сегодня я поймаю эту заразу.

Я нахмурился и заглянул в маленькие глаза Ольгерда, горящие голубизной на его широком угловатом лице. Он очень изменился, как только мы остались наедине. Там, снаружи, в холле Аква де роса, здоровяк выглядел жизнерадостным простофилей. Здесь же, он был угрюм и излучал опасность.

— Ты мог бы сказать нам заранее, — возразил Денис, — мы шли лишь поговорить, а не выполнять оперативную работу.

— Время разговаривать прошло, — набычился Ольгерд, — пора действовать. И твой друг нам поможет, — гигант посмотрел на меня тяжелым взглядом.

— Друг не сдвинется с места, — холодно проговорил я, — пока не узнает подробностей, о которых, между прочим, не знает даже герцог Фомин.

— Господин граф, — надул ноздри здоровяк, — пожалуй, вам стоит знать, когда со мной стоит шутить, а когда лучше не надо.

— Я серьезен, как никогда, — я не отводил взгляда от Ольгерда.