Я кивнул.

Вместе мы вышли из-за стола. Прошли к небольшому тамбуру, что соединял комнату с холлом.

— Ты знаешь, кто это, Игнат? — Полушёпотом проговорил Денис, — кто такой Ольгерд Вираксис? Кто вообще такие Вираксисы?

— Нет, — я мотнул головой, — я никогда не слышал этой фамилии.

— Оно и не удивительно, — Денис говорил напряженно и выглядел очень обеспокоенным, — Вираксисы — боевые алхимики. Все мужчины в их роду — имперские прокураторы. Так повелось с самого принятия Кодекса. А женщины же — алхимики ни службе монарха. Посмотри на его тело. Разве можно получить такие горы мускулов естественным путем? Нет. Они выращены на алхимических зельях. А его главная сила — рукопашные заклинания из милитарики вкупе с секретной техникой боевого транса дома Вираксисов.

Фомин выдохнул, потом заговорил снова:

— Я зря привел тебя сюда, Игнат. Это моя вина. Ты способный воин и храбрый человек, — Денис перешел на шепот, — но Вираксис… с ним творится что-то неладное с того самого дня, когда он встретил эту Венеру. Я думал, что это простой азарт. Просто любовь к своему делу. Но после сегодняшнего разговора, я вижу: что-то тут ни то. Ольгерд ведет себя слишком странно. Давай, мы незаметно уйдем. Я уведу тебя. Вираксис, конечно, разгневается, но я приму его злость на себя. И ты, хотя бы не пострадаешь.

— Нет, Денис, — вздохнул я и улыбнулся, — я считаю, что ты сделал мне подарок, когда привел сюда.

— Что? О чем ты?

— Венера Абрамова — мой друг. Однажды она отказалась от кое-чего и отдала это мне. Тем самым спасла много жизней. Включая и мою. Я благодарен этой девушке и желаю встречи с ней. Желаю ей помочь. Если для этого придется использовать Ольгерда Виркасиса или даже начистить ему шею, то я готов.

Глаза Дениса расширились, он слегка раскрыл рот от удивления. Несколько мгновений было ясно, что Фомин не знает, что ответить.

Рассказать ему правду я решился, когда мы со старым прокуратором отошли поболтать. Было видно, что Денис сам непонимает, что происходит с его товарищем. В его глазах явно читалось, что, по мнению Фомина, скандинав неправ. Денис не станет на сторону здоровяка, а я смогу спасти Венеру. Поговорив с Ольгердом, я понял, две вещи: Денис попросту боялся здоровяка, боялся его необузданной силы и непредсказуемого нрава; ну и что Венере угрожает настоящая опасность, причем смертельная.

— Ты… почему ты не сказал мне сразу? — Нахмурился он.

— Потому что не верил. А теперь, я вижу, что ты сам не доверяешь Вираксису. И хочешь понять, что же произошло между ним и Венерой, раз он так жаждет с ней расправится. А он жаждет. Я вижу это в его глазах.

— Ты можешь не пережить этого задания, — холодно ответил Денис.

— Это уже моя проблема, герцог.

Фомин вздохнул и проговорил:

— Меня и Ольгерда связывают старые узы чести. И пусть сейчас он выглядит сумасшедшим, я не могу пойти против него. Не могу противостоять открыто. И, — он опустил глаза, — не могу помочь тебе, если ситуация выйдет из-под контроля.

— Мне будет достаточно, — серьезно ответил я, — если ты не будешь вмешиваться, герцог.

— Это, — он медленно кивнул, — я могу тебе обещать.

— Ну что ты? — суровым тоном проговорил здоровяк, когда мы вернулись и уселись за стол, — научил мальчика уму-разуму? Я знаю, о чем вы говорили. Ты пугал мальца. Говорил, что видишь во мне изменения. Ну, в моем поведении. Это правда, Денис. Мне нужна эта девчонка.

— И я спрошу тебя, Ольгерд, зачем именно она нужна тебе, — я внимательно смотрел ему в глаза.

— Спросишь? — Прошипел он негромко, но угрожающе, — спрашивать — это право сильного.