Тени, как чугунное ядро, со свистом пролетели по воздуху. На миг на теле Зверя блеснули миллиарды глаз. В следующее мгновение, в него ударил шар. Пробив огромную дыру в теле волка, он полетел куда-то за спину зверя. С грохотом ударился в стену, оставив огромную дыру.

Сновидец не удивился, когда рана на теле Бога-Волка тут же затянулась, ни оставив и следа.

— Забавно, — Внезапно начал Бог-Волк, — что ты боишься меня настолько, что отринул свое собственное лицо, Павел.

Замятина это удивило. Откуда мерзкая тварь тьмы знает об этом⁈

— Отчасти, — начал Зверь, — я тоже Павел Замятин. Ибо без него не было бы и меня. Без Екатерины Лазаревой тоже. Потому я знаю твои мысли, помыслы и прошлое. Ты первый из Замятиных, шедших по кругу, кто стал носить золотую маску. Кто посчитал это золотое лицо более достойным твоего собственного. Ты ломал комедию только перед моим Павлом, называя себя его именем. Сам же ты предпочитаешь другое имя и другое лицо.

— Это не важно! — Закричал Сновидец.

Он был поражен тем, с какой точностью Зверь передал его собственные мысли в своих слова. Поражен и даже оскорблен.

— Ты боялся того, что сам станешь Замятиным, породившим Бога-Волка. Порадевшим себя. А потому сознательно отказался от этого имени и лица, в знак того, что никогда не станешь причиной моего появления. Это глупо, друг мой.

— Я не друг тебе, демон, — повторил гневно Сновидец.

— Как скажешь. Ну а я скажу вот что, — открыл наполненную белыми зубами пасть Зверь, — ты ошибаешься во всем. В каждом своем суждении относительно круга, меня и Белой Богини. И я покажу тебе это. Докажу.

Внезапно, на морде Зверя раскрылись красные глаза. А потом, произошло что-то странное.

Из недр его головы, на морду выплыл белый волчий череп. Он застыл поверх черной морды, словно белая маска. В глазницах раскрылись красные глаза.

Зверь быстро заморгал и встряхнул головой, будто бы очнувшись ото сна.

Сновидец видел изменение во взгляде существа. Если сначала это была бездонная неохватная глубина, словно смотришь в бездну, то теперь она сменилась явной эмоцией замешательства, а потом узнавания, и, наконец, холодной ярости.

— Павел? — Спросил Старый Замятин и нахмурился.

— Это я, — Зверь стал на четыре лапы, а потом на две, стал медленно уменьшаться до человеческих размеров и форм.

Превратившись в человека, он тем не менее не потерял своего облика черной тени, которую усеивали глаза. Только на лице этого существа по-прежнему остался волчий череп. Он белел на голове, как костяная маска.

Сновидцу показалось, что это и есть он. Есть истинный Бог-Волк. И от этого осознания по спине побежал холодный пот.

* * *

Пять минут назад я чувствовал невероятную боль. Потом пришел знакомый голос Черного Зверя. Теперь же, я… я сам стал черным зверем.

Раньше все это чувствовалось иначе. Сначала, зверь был словно бы чем-то отдельным от меня. Другим существом, которое жило своей жизнью. Потом, он стал позволять мне брать себя под контроль. Позволять мне укрощать себя, чтобы использовать свои силы. Теперь же, он словно пожелал раствориться во мне.

Черный Зверь посчитал, что он лишний в этом уравнении. Что его сознание лишнее. И он просто избавился от него, передав свои силы мне. Я чувствовал, что изменился. Чувствовал, что стал другим. И не чувствовал больше присутствие самого Зверя. Он словно бы исчез. А я стал кем-то большим. Кем? Почему сейчас?

«Потому что, — прозвучал мой собственный голос в голове, — сейчас самое время. Вход к Источнику открыт».

Странно, но с исчезновением Черного-Зверя, ко мне будто бы перешло тайное знание. Я четко понимал, что мой выбор (да именно мой, я больше не отделял себя от других Павлов Замятиных), был неверным.