Мне всё меньше нравилась затея Дюваля. Я привлекла достаточно внимания полноценных возле близнецов. Посещение мероприятия для избранных прибавит «популярности» и обернется новыми проблемами. Рашель Фаули, поразительно похожая на братца Свена, слыла всеобщей любимицей. Меня, в качестве её замены, полноценные не потерпят. И не простят. Не улыбалось становиться самым ненавидимым полуцветом в колледже, но, кажется, к этому всё и шло.

— Ппшшшшш…

Несуразная живность издала яростное шипение, шерсть на спине встала дыбом. Книга кувыркнулась и приземлилась на ковре.

— Что? — спросила я шепотом, оглядываясь.

Гостиная, как гостиная. Диваны, кресла, пуфики, столы и стулья. Ничего необычного.

Никого постороннего. Тишина и покой.

— Лилит…

Озноб пробрал до костей. Кто-то звал меня в глубине замка. Едва слышно. Или это ветер за высокими узкими окнами сыграл злую шутку? Ветер и дурное настроение?

— Тише, синий, — объявила я коту и подняла книгу. — Никого нет.

Но желание читать пропало. Я отложила увесистый том, повествующий о подвигах гениального выпускника Гвендарлин, жившего два столетия назад. Обняла колени, уткнулась в них подбородком. Черт бы побрал Свена! Если б не он, жила бы себе в Бирюзовом поселке с Ренет и Дот. Никакой магии. Никакой мощи!

— Мяу, — тихо прохныкал кот, напоминая, что надо держать себя в руках.

Злость не для меня. Она — мой враг. До тех пор, пока не научусь контролировать силу.

— Слушай, — обратилась я к питомцу. — Надо придумать тебе имя. Не то останешься синим.

Живность подарила снисходительный взгляд, не оценив юмора. Я улыбнулась, почти поверив, что кот понимает меня. Почему бы и нет? Он же волшебный.

— Может, Ральф? Нет? Тогда Байрон? Тоже не нравится? Симсон? Берт? Клаус?

Взгляд питомца становился все мрачнее. Внезапно он фыркнул в усы.

— Урсул, — вырвалось у меня, хотя это имя даже не крутилось в голове. — Тебя зовут Урсул?

Серебряные глазки блаженно прищурились.

— Договорились. Будешь Урсулом.

Часы негромко пробили три удара, и я ахнула. Следила-следила за временем и в последний момент отвлеклась. Подмигнув Урсулу, схватила заранее приготовленный черно-белый плащ и кинулась к выходу в надежде, что Рэм Дюваль пунктуален. Не хватало нарваться посреди ночи на учеников.

Обошлось. Мэтр ждал, как и договаривались. Истинный франт: волосы приглажены, рубашка накрахмалена, ворот стянут черной бабочкой. Хоть на бал, хоть на великосветский визит.

— Доброй ночи, Лилит.

— Доброй.

— Возьми. Это приглашение для зрителя.

Дюваль протянул конверт с гербом Гвендарлин. Точь-в-точь, как держала в руках Джемма в трактире, хвастаясь перед Элиасом. Я торопливо извлекла лист, развернула и обнаружила птицу в полете. Не золотую, как у ведьмы, или серебряную, которую прислали Свену, а лишь контур.

— Что ты знаешь о первом рассвете года, Лилит? — спросил мэтр, приглашая следовать по коричневому коридору.

— Встречать его — большая честь. Это всё, пожалуй.

Я смутилась. Следовало подробнее расспросить полуцветов. Но нет, я предпочла фыркать и злиться, а теперь выгляжу дурочкой, не потрудившейся поинтересоваться, куда приглашена.

Но Дюваля обрадовал пробел.

— Замечательно. Значит, у меня есть возможность поведать о древней традиции. Она существует столько же, сколько и колледж.