Выбросив из головы все мысли, я вернулся в здесь и сейчас и внимательно осмотрелся по сторонам.

Бесконечные барханы пустыни, в небе висит тающая луна, поблизости нет ни одной живой души…

Может мне показалось?

Я пристально уставился вперёд.

Ан нет! Действительно что-то сверкает!

Людей здесь сто процентов нет. Хотя… Возможно это искатели, решившие попытать счастья в ночной вылазке.

Учитывая, что скоро уже будет светать, они, если это они, забрались слишком уж далеко…

У меня за спиной осталось свыше двух дюжин Пустынных конструктов, и это я ещё старался не приближаться к развалинам, в которых по ночам располагались отряды «демонов».

Нет, вряд ли это авантюристы или искатели… Но тогда кто?

Я мысленно сверил свой путь с картой Бруно, на которой были отмечены все тайники Черепах, и задумчиво хмыкнул.

Если я ничего не путал, то вспышки сверкали как раз-таки недалеко от тайника.

Идти по маршруту или обойти?

Я посмотрел на мелькнувшую вдали вспышку и усмехнулся.

Да кого я обманываю! Интересно же, что там происходит! Главное, в случае засады или какой-нибудь другой неожиданности, суметь унести ноги.

— Любопытство сгубило кошку, — пробормотал я, меняя маршрут так, чтобы подойти к тому месту с восточной стороны, — но я же не кошка!

Достать развед-УГ Розова было делом минуты, а облачиться в него — пяти.

Юра предупредил меня, что в Пустыне УГ очень быстро изнашивается, несмотря на специальную пылевую защиту, поэтому я решил использовать его только в особых случаях.

И это был как раз такой.

К обозначенному на карте тайнику я добрался уже на рассвете — то и дело приходилось подниматься на барханы и внимательно осматриваться: попасть в засаду мне не хотелось.

С бархана, на который я забрался, открывался любопытный вид.

Древние развалины сторожевой крепости, вокруг которой мельтешили конструкты, утаскивая внутрь то, что осталось от целого взвода УГов.

Но самое интересное было не это.

У подножья бархана лежал истекающий кровью человек, а около него сидели паучки-разведчики.

Причем, что самое странное, они и не думали на него нападать, да и их построение походило на конус в виде сужающегося в сторону руин коридора, а не на замкнутый круг.

— Где ты? — неожиданно прохрипел умирающий человек. — Я чувствую твой УГ, покажись!

Чувствует мой УГ? Хм, он что, Инженер?

— Ну же! — умирающего было едва слышно. — Я могу их контролировать… Они зовут…

Наверное, Миша Иванов, в первый раз появившийся в этом мире, без раздумий бросился бы на помощь незнакомцу.

Я же принялся разглядывать Одаренного сквозь оптический прицел.

Во-первых, его эмоции так и звенели страхом и обманом.

Во-вторых, если он мог их контролировать, то почему допустил случившуюся бойню.

В-третьих, почему конструкты тащат остатки УГов в развалины? Из того, что я вижу, там лишь голый песок, да пара завалов. Только если там… Спуск?

— Ну же! — не унимался Инженер. — Мне нельзя умирать! Я сдерживаю их из последних сил! Помоги мне!

Увы, но по его одежде было невозможно определить, чей это был отряд — гильдейские, дворяне, обычные искатели или ещё кто…

Дззззззз!

Неожиданно мой шлем зазвенел изнутри, а по внутренней стороне защитного стекла прошла какая-то рябь.

Сама собой дернулась сначала левая рука, затем правая нога, а выдвинувшийся из предплечья клинок чуть не вонзился мне под подбородок.

Словно… Кто-то пытался перехватить контроль над моим УГом!

— Сам себе злобный буратино, — пробормотал я, спуская курок снайперки.

Винтовка негромко кашлянула, и на груди у Инженера появилась аккуратная дырочка.