| — Так... обстоятельства. — Знаю я эти ваши обстоятельства... — мрачно произнесла женщина. — Проблемы? — Уже решил, — усмехнулся Люциус. — Точно? Никакой мерзости за собой не притащил? Мне этого не надо! — Точно. Это... семейное, — ни единым словом не солгал он и зачем-то продолжил: — Жена решила сбежать с сыном. Пришлось искать, догонять... — Убил? — коротко поинтересовалась Лорейн. Тот покачал головой. — Нет. На развод подал. — Или ты так противно шутишь, или и впрямь не врешь, — вздохнула она. — Слушай, дай сюда своего мелкого, что он никак не успокоится... Да он у тебя мокрый весь! Ох, эти мне папаши... Еще и голодный, наверно! — Еще бы, я за этой... — Люциус проглотил ругательство, — сколько часов уже гоняюсь! Спасибо, могу сына отыскать... Ты вряд ли знаешь, есть такое... — Наверно, что-то связанное с магией крови, — завершила она. — Слушай, может, зайдешь? Я хоть твоего пацана переодену! — Я лучше сразу в мэнор, — покачал он головой и вдруг нахмурился: — Во что переоденешь? Ты замужем? И дети есть? Наверно, остались детские вещи? — Ох, ну если тебе так противно, если на твоем пацане окажутся чужие шмотки, то забирай свое сокровище, — она сунула мальчика обратно отцу, — и проваливай нафиг. Сейчас Орион прискачет. — А я уже прискакал!.. — хрипло произнес мальчишеский голос, и подросток в темной кепке и безразмерной футболке бесцеремонно ткнул Лорейн в бок. — Мать, а чё это за мутный дядька? — А ты не мог бы выражаться нормально при посторонних? — нахмурилась та. — Мог бы... Мама, не соблаговолишь ли объяснить, что это за таинственный мутный джентльмен в какой-то хламиде и с детенышем в охапке, с которым ты так романтично беседуешь под фонарем? В смысле, с джентльменом, не детенышем... — Убила бы, — искренне произнесла Лорейн. — А ну пошел домой, дрянь, я с тобой потом поговорю! — Хрена с два, — вежливо ответил мальчик. — Откуда я знаю, что это за тип? Может, маньяк? — Уйди отсюда... — прошипела она и тоскливо посмотрела на Люциуса. — Ч-черт, твой хотя бы еще не разговаривает... — Погоди, — пришел тот в себя. — Это твой сын? — Нет, блин, дедушка, — буркнул мальчишка. — Я кого матерью назвал, столб фонарный, что ли? — Не думал, что у тебя может быть настолько взрослый ребенок. — Это, мистер, называется "ранний залет", — совершенно непосредственно сообщил "ребенок" и схлопотал подзатыльник, которого вроде и не заметил. — Потому что предохраняться надо, об этом еще в начальной школе рассказывают! Ай-й-й-й... больно! — Мы домой, — сказала Лорейн, выкручивая ухо отпрыску. — Если хочешь, заходи, нет, тогда пока. — Если... Если ты правда поможешь успокоить Драко, тогда мы воспользуемся твоим гостеприимством. Боюсь, настолько... гхм... длинная дорога ему на пользу не пошла, а нам еще предстоит долгий путь, — насколько мог обтекаемо высказался Люциус. — Тогда пошли. Тут осторожно на ступеньках, одна выщерблена, не навернись. Люциус с ужасом смотрел по сторонам. Обшарпанные стены, какие-то трубы, спящий консьерж, который на вошедших даже не взглянул… — По лестнице, — скомандовала Лорейн. — В лифте сегодня кто-то кучу наложил, там просто газовая камера. Узнаю, кто, убью. — Я знаю, — подал голос семенящий на цыпочках Орион. — Я ему уже навалял сегодня. — Джим? — Ну! Я ж тебе говорил, что он говнюк, а ты: "не ругайся, не ругайся", еще и по жопе поддала... — Слушай, язык укороти, а? Мы не одни все-таки! — Ладно, ладно, но рожу я ему все равно начистил, — довольно сказал мальчишка. Путь на третий этаж показался Малфою нескончаемо долгим: тесные узкие пролеты, запах, от которого ком подкатывал к горлу. |
