| — Почти нет. Техника барахлить начинает, и ладно бы у меня, это старье только на помойку, так ведь и у соседей. Так... иногда, чтоб не забыть совсем уж навыки, на природе где-нибудь, по-тихому. — А сын? — Он... — Лорейн покачала головой. — Он не волшебник. Может, сквиб. Во всяком случае, я у него никогда выбросов магии не замечала. Впрочем, думаю, так даже лучше. — Понятно... Они снова умолкли. Драко тоже притих, но опять завопил, как только хлопнула входная дверь. — Мать, я всё припер, че ты сказала, только с тебя еще три фунта, я там должен остался! Дорогущее все какое, блин!.. — раздалось с кухни. Судя по звукам, там раскатились какие-то банки, порвался с хрустом пакет, торжествующий Орион вломился в комнату и грохнул на низкий стол квадратную коробку. — Кушать подано, — церемонно сказал он, сдернул бейсболку и низко поклонился, чуть не треснувшись лбом о край стола. — Иди сунь пару баночек под горячую воду, — велела Лорейн, явно напрягшись. — Чтоб погрелись. — Ага, теперь из меня няньку решили сделать! — хохотнул он и утопотал на кухню, где принялся плескаться под краном. — Ма, а сколько греть-то? — Ну прикинь, так, чтоб не обжечь! Только сам не жри, а то знаю я тебя! — Я это пюре с детства ненавижу... — раздалось сквозь откровенное чавканье. — Вы мне там пиццы оставьте, я тоже хочу! — Вы всегда так кричите? — поинтересовался Малфой. Маггловская пицца подозрительного вида его не прельщала. — А соседи как же? — А они такие же, — беспечно ответила Лорейн, уплетая свою порцию. — Орион, ты там что, цистерну греешь?! Собственным теплом? — Да иду я, блин, иду... Сама могла бы задницу поднять, — невежливо ответил отпрыск, заходя в гостиную. — На. Ложка вот, самая маленькая, какую нашел. Он всучил матери детское питание, ложечку, плюхнулся прямо на порядком вытертый ковер и цапнул кусок пиццы. — А сегодня ничего, жрать можно, — оценил он с набитым ртом. — Ма, я пойду телик погляжу, ладно? — Вали и дверь закрой, — мотнула она головой. — Но если я еще раз увижу пятна кетчупа на простыне... — Убьешь, ага! — отозвался Орион из спальни. Там тут же загрохотал телевизор и раздался жизнерадостный хохот. Люциус сидел молча, не зная, как поступить. С одной стороны, нужно было поблагодарить и уходить, Мерлин с ней, с этой мокрой мантией, мало их у него, что ли? С другой — наевшийся Драко (маггловские консервы пришлись ему на удивление по вкусу, а может, он просто сильно проголодался) уснул, и снова аппарировать с ним было жаль: это и для взрослого-то ощущение не особенно приятное, а для годовалого мальчика, которому и так досталось сегодня... И еще хотелось все же расспросить Лорейн, как она умудрилась оказаться в такой дыре, почему бросила магию... — Люциус, ты не изменился, — сказала она. — У тебя на лице написано, что ты лопнешь, если все-таки не выпытаешь у меня историю моих бедствий! Она помолчала и добавила: — Хотя, в общем, я и не бедствовала особо. — Ты просила не задавать вопросов — я и не задаю, — ответил он. — Но тянет же... — Верно. — Ладно... — вздохнула она. — Подержи-ка мелкого... Тс-с-с... Лорейн осторожно подобралась к закрытой двери в спальню, рывком распахнула ее и схватила сына за ухо. — Орион, скотина, будешь подслушивать, я тебя... — прошипела она. — Ой, блин, чего я там не знаю, — надулся тот. — Я кому сказала? — Все. Ушел, смотрю телик и не лезу во взрослые разговоры. Тем более, — ядовито подметил мальчишка, — ты явно давне-е-енько знакома с этим мистером. Он снова хлопнул дверью. — Теперь точно не подслушивает, — прислушавшись, удостоверилась Лорейн. — Чары не проще наложить? — Так телевизор же! Он чудить начинает... — усмехнулась она. |
