|
Тебе ответят, что такого нет. Переспросишь номер телефона. Это чтоб случайно не ошибиться. Если скажут, что номер не тот, — перезвонишь еще раз. Должны ответить: «Григорий Андреевич переехал месяц назад». Запомни! Не дядя Гриша переехал, а Григорий Андреевич. Остальные слова не так важны, а «Григорий Андреевич» — основное. Услышишь — сразу топай на метро и отправляйся на станцию «Октябрьская». Исходя из времени прибытия твоего поезда в Москву, тебе надо быть там в 14.00. Встанешь у синей ниши с решеткой. Подойти может кто угодно. Мужик, баба, даже мент в форме. Тебя узнают по твоему кейсу. На нем, как видишь, в правом верхнем углу крышки есть треугольная наклейка с эмблемой банка «Статус» и буквы «АС». Тот, кто подойдет, скажет:
«Я от Григория Андреевича». Спросишь: «То есть от Рыжова?» Должны ответить: «Нет, от Борина». После этого ты должен сказать: «Рад душевно». Не «душевно рад», а именно — «рад душевно». Запомни как следует, а то был у меня один разгильдяй, которого начисто отучили плохо помнить. Только после этой фразы связной будет с тобой работать. Если ошибешься, то можешь не вернуться, понял? Обратным рейсом повезешь то, что они тебе передадут, принесешь лично мне. Пока все. Вопросы? — Первый вопрос: что делать, если по телефону не будет слов «Григорий Андреевич»? — Вешать трубку и идти на переговорный пункт, откуда позвонить мне домой. Отзовется автоответчик. Скажешь одно слово: «Нет». Бери билет на ближайший поезд и возвращайся. Как и что не получилось, будешь говорить лично мне, с глазу на глаз. — Второй вопрос: что делать, если в метро неувязка получится? Допустим я спрошу: «То есть от Рыжова?» А мне ответят: «Да». — Если ответят так, это не те люди. Тогда скажешь им: «Мне приказано передать вам кейс. Код левого замка — 849, код правого — 948». И после этого тут же сваливай. Потому что, если им придет в голову набрать эти коды, — кейс взорвется. У него под обивкой полета граммов пластита в раскатанном состоянии. — А если они меня не отпустят? Наверняка связник придет со страхующим. — Ты им не понадобишься. Этим людям нужен только кейс. — И все-таки? — Тогда попытайся сделать ноги. Если не удастся — считай, что тебе очень не повезло в жизни. Конечно, ехать в Москву на таких условиях было не больно весело, но куда денешься… Впрочем, все шло как по маслу. И на звонок ответили правильно, и насчет Григория Андреевича не ошиблись, и насчет 14.00 на Октябрьской. Подошел мужичок в мятой серой ветровке и свитере, а затем провел диалог так, как полагалось. Однако после того, как Жека произнес: «Рад душевно!», мужичок не стал забирать «дипломат», а произнес вполголоса: — Садись в вагон и езжай по кольцу в сторону «Парка культуры». Проедешь полный круг. Но вылезешь не здесь, а на «Парке». Там поднимешься наверх и пойдешь по левой стороне Садового кольца в направлении Смоленской площади. Тебя нагонит девушка и возьмет под руку, а потом скажет, что дальше делать. И тут все было на мази. Прошагав метров двести вдоль грохочущего автолавиной Садового кольца, Жека ощутил бережное прикосновение женской руки к своему правому локтю. Действительно, к нему прицепилась какая-то молодая дама. Она мило улыбнулась ему как старому знакомому и сказала: — Погуляй три часа по городу. В кино сходи, по магазинам пошляйся. Главное, чтоб примерно без четверти восемь ты был вот здесь, у этого фонарного столба. Понял? — Понял, — ответил Жека, не испытывая особой радости от того, что ему надо три часа ползать по этой чертовой Москве со своим опасным «дипломатом». |
