— Ну-ну, — вздохнул «контролер», — а если не приедет?

— Все равно не по дороге.

Миша сказал что-то матерное и отправился обратно к «девятке».

— Просек нас, — доложил он старшему, — сразу почуял, что я прикалываюсь. Девушку он, с понтом дела, встречает!

— Ты эту тачку раньше видел? — спросил старший. — В списке штрафников ее нет. Хрен его знает, может, действительно за бабой приехал. Поглядим.

— Восемь двадцать, — сказал Миша, — запаздывает Москва. Поезд и впрямь опоздал на десять Минут. Толпа приезжих оказалась негустой.

— Так, — распорядился старший, — Миша и вы двое — на контроль, а мы с Вадиком поглядим за этой «волгой». Если увидим, что не просто родню вез, а бабки снял, — объясним ему ситуацию.

Те трое, что вылезли, равнодушно прошли мимо «волги» и двинулись вдоль ряда машин и сгрудившихся около них пассажиров с объемистым багажом. Они разминулись с темноволосой, немного рябенькой девушкой, одетой в темно-коричневую кожаную куртку с капюшоном, черные рейтузы и высокие ботинки со шнуровкой. За спиной у нее висел небольшой кожаный рюкзачок, а в руке был полиэтиленовый пакет. Девушка уверенно шла к серой «волге». Водитель вылез из кабины, подошел к приезжей с букетом из трех гвоздик, обнял и поцеловал. Затем открыл правую дверцу и помог усесться своей спутнице. «Волга» выкатила с вокзальной площади и нырнула в поток машин, направлявшихся в центр города.

— Наплевать на них, — сказал старший водителю «девятки», — это не наши клиенты.

Между тем «волга» успела отъехать довольно далеко от вокзала. Пылко обнявшиеся при встрече водитель и девушка, как ни странно, помалкивали и выражали явное равнодушие друг к другу.

Проехав центр, то есть площадь Ленина, где по левую руку был бывший обком с четырехметровым вождем на постаменте, а по правую, за чугунной оградой, ведомство Иванцова, водитель свернул на Свято-Никольскую (бывшую Советскую), затем на улицу Горького (во граде сем ее в Тверскую не переименовывали, тем более что улица никогда таковой не была). Дальше его путь явно лежал к окраине города.

Через развязку выбрались на трассу, почти пустую еще, и, прибавив скорость, понеслись дальше, к повороту на 348-м километре, под вывеской «Колхоз имени XXII партсъезда». Пока доехали, оранжево-красное солнце уже успело подняться и осветить небеса, снега, укрывавшие землю, синеватые стены лесов.

— Подъезжаем, — сообщил шофер лаконично.

Девушка молча кивнула.

Пока ехали, совсем рассвело, и, когда «волга» притормозила У ворот, между стволами деревьев уже пробивались красноватые лучики солнца, румянили снег на открытых местах.

При виде вывески «АО «Белая куропатка». Оптовая база» пассажирка иронически усмехнулась, но ничего не произнесла.

«Волгу» пропустили быстро и беспрепятственно. Она подкатила к офису, где два дня назад происходила весьма откровенная беседа Фрола с Иванцовым и Рындиным. Водитель галантно вышел из машины первым и открыл дверцу перед дамой.

— Спасибо, — сказала она с легкой иронией в голосе, — вы очень любезны.

— Прошу. — Водитель проводил девушку в офис и довел до кабинета начальника охраны.

Фрол и на это утро выспаться не сумел, но хоть побриться удосужился, а потому выглядел довольно прилично. Он вылез из-за стола и подошел к приезжей.

— Здравствуйте! — сказал он радушно. — Позвольте, я вашу курточку повешу?

— Если можно… — с некоторой церемонностью дама разрешила за собой поухаживать.