— Вы, вообще-то, из пистолета стреляли? — поинтересовался Фрол у Валерки и Вани, осмотрев снаряженные ими пистолетные магазины.

— Я много стрелял, — сказал Ваня, — меня отец учил.

— А я в армии один раз… — сознался Валерка.

— Тогда понятно, — хмыкнул Фрол, — почему ты сначала пытался патрон задом наперед пристроить. Посмотрел, как у товарища, и поправился. А еще просил тебе на прощание «стечкина» дать! Догадываюсь, что ты мог невзначай все двадцать пуль в собственное брюхо определить. Одной очередью. Специально для тебя напоминаю, что застрелить нужно вон того, — он мотнул головой в сторону Тяти, а не самого себя или товарища. Оружием не вертеть! Пистолеты старые, разболтались, спуск легкий. Магазин — в рукоятку, затвор назад, быстро отпускай, не ««сопровождай», как говорится. И сразу на предохранитель! Сейчас ребята уйдут, и приступим.

Охранники, установившие Тятю в качестве мишени, вернулись и отошли в сторонку, встав чуть позади Валерки и Вани, у двери, ведущей в тюремный коридор. Валерке показалось, что они устроились там неспроста. Например, если б им с Ваней пришла в голову отчаянная фантазия сначала бабахнуть по Фролу, а уж потом по Тяте, то молодцы в камуфляже уложили бы их с опережением на пару секунд.

— Взять пистолеты, — спокойно распорядился Фрол, — снять с предохранителя, навести в сторону цели. Огонь открывать самостоятельно.

С этими словами он отошел от стрелков и уселся на стул, придвинув его к какой-то трубе, похожей на маленький телескоп.

— Буду корректировать огонь, — объяснил он. Ваня все сделал как надо, как отец учил, но в тот самый момент, когда надо было плавно надавить на спуск, Тятя у своего столба заворочался. Внезапно как-то, хотя до того висел, как мешок. От этой неожиданности Ваня почему-то зажмурился и к тому же слишком резко дернул спуск. А на Валерку произвел впечатление неожиданно громкий звук выстрела, и он тоже выпалил зажмурясь.

— Оба — в «молоко», — вздохнул Фрол. — Как вы там, на карьере, сумели шестерых перестрелять не понимаю!

— Там же из автомата, — попытался оправдаться Ваня, но Фрол оборвал его:

— Не отвлекайся, огонь!

Ваня от волнения опять дернул спуск и снова не попал. Валерка на сей раз не стал палить сразу, а спросил:

— Двумя руками можно пистолет держать?

— Можно.

Пока Валерка приноравливался, Ваня выстрелил третий раз.

— А-а-ая! — взвыл Тятя, задергавшись у столба.

— Бедро, — прокомментировал Фрол. — Ваш вклад в победу скромен, солдат Соловьев. Разряжай! Предохранитель, так. Магазин вынуть! Затвор! Контрольный спуск! Отойди в сторону и отдыхай.

Валерка, тщательно поддерживая правую руку левой и стараясь не слышать Тятиного воя, послал пулю в цель. От ее удара вой оборвался. Тятя опять обвис, и, казалось, уже навсегда, но Фрол в свою трубу разглядел, куда попала пуля:

— Грудь, правая сторона, ближе к плечу. Можно сутки помирать даже без медицинской помощи… Голову видишь?

— Он ее низко опустил.

— Возьми под нее, спуск плавнее, дыхание задержи… Ба-бах! — раскатилось по подвалу. Валерка увидел, как дернулась от удара пули стриженая башка Тяти и как от нее отлетело что-то, оставив темный отпечаток на столбе.