Еремей сказал, что нужно подождать. Тело само восстановится, и магия вернется. Очень хочется ему верить. А Санек ему только поддакивал.

Но я все равно не оставлял попыток, упорно продолжая дышать и вспоминать Изнанку. В какой-то момент я понял, о какой красоте говорила Грета. Меня тянуло к черным скалам, и каждый новый день без них казался тусклым.

Закрывая глаза, я думал лишь о том, чтобы увидеть алый туман и графитовое небо.

Мои мучения заметила бабка. Она подошла ко мне и вручила один из камней, что лежали на чердаке.

— Возьми. Тебе это поможет, — мягко сказала она, сжимая мои пальцы. — Ты слишком быстро растешь в своих умениях, а это, — она кивнула на кусок янтаря, — поможет тебе сгладить эти скачки.

От неровной поверхности по коже разливалось приятное тепло. Я сел на диван и прикрыл глаза, сосредоточившись на ощущениях.

Сквозь темноту под веками я вдруг увидел пульсирующее сияние. Оно перекинулось на руку и медленно поползло по ней.

Это не было страшно, скорее даже щекотно.

— А теперь дыши и расслабься, — услышал я голос Анфисы. — Скоро станет полегче.

Минуты текли, желтый свет перекинулся на грудь и живот, на мгновение остановился, а потом ярко вспыхнул и быстро заскользил по ногам.

И ровно в тот момент, когда вся моя кожа стала светиться ровным цветом янтаря, я почувствовал облегчение. Даже плечи расправились.

Не выпуская камень из рук, я открыл глаза. И увидел на лице бабки улыбку.

— Как? Помогло?

— Да, — выдохнул я. — Но почему?

— Чтобы оказаться у тебя в руках, этот кусок прошел через многое. Он собирал в себе силу и теперь отдал ее тебе.

— Тогда почему я сразу не видел в нем магии? Когда мы сидели с тобой на чердаке.

— Так, я же его в руке держала, а мне он уже не нужен. Именно из-за этого у многих магов есть особые вещи, прикасаясь к которым он возвращает себе гармонию в душу.

Я сразу же вспомнил расческу в руках Греты.

— Это же может быть любой камень?

— Не только камень, но и дерево, горсть земли или даже бутылка с водой. Каждому свое.

— А как я узнаю, что именно мне подходит?

— Обычно это можно узнать на инициации, но поскольку ты ее с треском провалил, ищи сам.

Сначала я хотел разозлиться на ее слова, но быстро понял, что она и не думала обижать меня. Против этой правды мне нечего было ответить.

— Буду искать, — кивнул я. — А что еще есть? Усилители, к примеру?

— Это уже из разряда артефактов. Они сделаны руками магов для магов. Такие штуки хранят на самом дне сундука в личных сокровищницах. Тебе бы в столицу, походить по рынкам.

— А как узнать ту самую вещь?

— О, ты сразу поймешь, — рассмеялась она. — Это как с девушкой. Одного взгляда хватит, чтобы понять, что это твоя единственная.

— От твоих слов легче и понятнее не стало! — возмутился я.

— Какие твои годы, — покачала головой бабка. — А теперь вставай, хватит разлеживаться. Дел по дому еще много.

Я нехотя отдал ей кусок янтаря и поднялся. Да, что-то мне подсказывало, что впереди мне предстоит долгий путь и сразу обрести могущество, отпуская души, у меня не получится.

Едва только я поднялся, мне вручили метлу и наказали убраться. Я смотрел на нее и думал о том, что сколь сильным магом бы я не стал, бабка Анфиса всегда вернет меня с небес на землю.

Сейчас это вызвало у меня только улыбку. Даже привычного раздражения не было.

Активно работая метлой, я начал напевать песню. Сам не понял, откуда слова на ум пришли.

— Из глубин скалистых гор рвется ветер на просторы…

— … на равнины и поля гонит тучи, чтобы поливать поля…

Я резко обернулся, чтобы посмотреть в глаза певцу, который стоял у меня за спиной.