— Кто-то убегает, или, может, это был разведчик орков, — ответил дворф.

— Это не орк, — сказал эльф. — Это человек, женщина.

Тут Айвена схватили за плечо и грубо развернули.

— Чего тебе? — спросил он Пайкела.

Но Пайкел, сжимая плечо брата, не смотрел на него. Глаза его были круглы и непроглядно темны и слепо смотрели в пространство. Если бы Айвен не видел прежде этого приема друидов, он бы подумал, что его брат полностью лишился ума.

— Ты снова смотришь через глаза птицы, да? — спросил Айвен, упирая руки в бока. — Ты же знаешь, болван, это всегда делает тебя еще большим психом, чем всегда.

Пайкел, словно подтверждая, покачнулся, и Айвен удержал его. Веки друида сомкнулись и вновь широко распахнулись. Теперь взгляд стал чуть более осмысленным.

— Ты вернулся? — спросил Айвен.

— Ух-ох, — ответил Пайкел.

— Ух-ох? Чертов лунатик, что ты видел?

Пайкел сделал шаг, прижался губами к уху брата и что-то возбужденно зашептал.

И по мере того как до Айвена доходил смысл своеобразной пайкеловской речи, глаза его тоже начали расширяться,

Птица, глазами которой Пайкел смотрел на мир, летела рядом с бегущей по берегу женщиной.

— Ты уверен?

— Ух-хух!

— Делли Вульфгара?

— Ух-хух!

Айвен схватил Пайкела за грудки и потряс.

— Ладно, смотри через птицу, не упускай! Мы пошли, — объявил он остальным.

— О чем ты? — спросил дворф-часовой.

— Куда? — подхватил эльф-лучник

— Отправьте гонца к Бренору, — кинул Айвен. — Остановите паром, обыщите туннели и найдите Вульфгара!

— Что? — хором удивились дворф и эльф.

— Мы с братом скоро вернемся. На споры нет времени. Сообщите Бренору!

Часовой тут же рванулся к воротам Мифрил Халла, а братья Валуноплечие помчались на север, не обращая внимания на окрики множества удивленных часовых.

К ВЗАИМНОЙ ВЫГОДЕ

Эльфийка знала, что ей нельзя задерживаться здесь. Великаны могут выбраться из потайных проходов наружу и устроить ей ловушку. Или просто подбить камнем.

Но Инновиндиль, вопреки всякой логике и собственным здравым рассуждениям, смотрела на черный зев пещеры, каждую секунду ожидая, что оттуда выбежит Дзирт До’Урден.

Она кусала губы, а минуты шли. Она знала, что он не появится. Она видела, как его затянуло под лед, сквозь который не пробиться. Она ничего не могла поделать,

Совсем ничего.

Дзирт для нее потерян.

— Присмотри за ним, Тарафиэль, — шепнула эльфийка ветру. — Встреть его в прекрасном Арвандоре, ибо сердце его ближе к Селдарину, чем к темной королеве дроу.

Инновиндиль кивнула, сама убежденная в своих словах. Несмотря на черный цвет кожи, Дзирт До'Урден не был дроу и прожил свою жизнь не так, как они. Возможно, он не был эльфом в полном смысле этого слова, но Инновиндиль верила, ее боги не отвергнут его. А если отвергнут — то зачем нужны такие боги?

— Прощай, друг мой, — сказала она. — Я не забуду твоей жертвы и того, что ты вошел в это логово ради Зари, не думая о собственной выгоде.

Она выпрямилась в седле и взялась за поводья, но снова замерла. «Надо вернуться в Лунный Лес», — подумала она. Да, это следовало сделать сразу после гибели Тарафиэля. Надо было поднять свой народ, чтобы в Снежную Белизну пришла не пара эльфов с пегасом в поводу, а хорошо вооруженный отряд. Тогда можно надеяться спасти Зарю.