Великанша не моргнула и не пошевелилась, но Дзирт заметил, как стиснула она белокаменные подлокотники своего роскошного трона. Она знала, что пантера доберется до нее раньше, чем она вскинет руку, защищаясь. И Герти легко могла представить, какие раны оставят когти Гвенвивар на ее голубой нежной коже.

Великанша нервно сглотнула.

— Возможно, теперь ты больше настроена на сделку, — осмелился проговорить Дзирт.

Герти метнула на него яростный взгляд, но тут же снова уставилась на могучую кошку.

— Вряд ли она сможет убить тебя, — сказал Дзирт, с трудом произнося слова, — Но, боюсь, никто больше, взглянув на Герти Орельсдоттр, не восхитится ее красотой. Выцарапай ее чудные глазки, Гвенвивар, — добавил Дзирт. — Нет, лучше только один, ведь должна же она видеть выражение на лицах тех, кто взглянет на ее зарубцевавшуюся образину.

— Молчать! — зарычала на него Герти. — Твоя кошка может поранить меня. Но это не помешает мне уничтожить тебя.

— И все же мы заключим сделку, — немедленно отозвался Дзирт. — Поскольку нам обоим есть что терять.

— Ты хочешь уйти.

— Сначала я хочу посидеть у огня, высушиться и обогреться. Дроу не слишком приспособлены к холоду, особенно если их намочить.

Герти саркастически хмыкнула.

— Мой народ купается в реке зимой и летом, — похвасталась она.

— Отлично! Значит, кто-то из твоих воинов может достать мой второй меч. Кажется, я уронил его под лед.

— Меч, очаг, жизнь, свобода, — перечислила Герти. — Четыре уступки — не многовато ли для одной сделки?

— Взамен я предлагаю твой глаз, твое ухо, твои губы. Твою красоту, — отпарировал Дзирт.

Гвенвивар заворчала, давая понять Герти, что готова наброситься в любой момент.

— Четыре на четыре, — добавил Дзирт. — Давай же, Герти, что ты выигрываешь, убив меня?

— Ты вторгся в мой дом, дроу.

— А ты напала на мой.

— Значит, я освобожу тебя, ты отыщешь свою эльфийку и вы снова явитесь сюда? — спорила Герти.

Дзирт чуть не упал от облегчения, узнав, что Инновиндиль вырвалась на свободу.

— Мы вернемся к тебе, если ты будешь продолжать удерживать то, что принадлежит нам, — сказал дроу.

— Крылатую лошадь.

— Пегас — не домашнее животное и не приспособлен для жизни в пещерах снежных великанов.

Герти снова фыркнула, и Гвенвивар заворчала, нетерпеливо переступая задними лапами.

— Отдай мне пегаса, и я пойду своей дорогой, — сказал Дзирт. — Гвенвивар исчезнет, и никто из нас не потревожит тебя больше. Оставь себе пегаса, убей меня, если пожелаешь, — и Гвенвивар лишит тебя лица. И предупреждаю тебя, Герти Орельсдоттр, эльфы Лунного Леса скоро вернутся за крылатым конем, и дворфы Мифрил Халла присоединятся к ним. Вас не оставят в покое.

— Довольно! — выкрикнула Герти и, к изумлению Дзирта, рассмеялась. — Довольно, Дзирт До'Урден, — сказала она тише. — Ты много попросил — ты должен предложить что-то взамен, чтобы уравновесить сделку.

— Взамен… — начал Дзирт, но поднятая рука Герти остановила его.