— Засранец, — воскликнула я, падая на стул.

— Пигалица, — в ответ выпалил Робби.

Но я была в слишком хорошем настроении для перепалки. Я пойду на концерт Такаты! Круто! Покачивая ногой, я смотрела на телефон. Я хотела позвонить Джули. Она умрет, она умрет прямо на месте.

— Как учеба? — внезапно спросил Робби. Я посмотрела на его спину, пока он настраивал кофеварку, и вспыхнула от злости. Почему-то всегда после восклицания «Как ты выросла!» следовал вопрос «Как учеба?» Больше не о чем спрашивать, что ли?

— Ты же уже закончила колледж, правильно? — добавил он, оборачиваясь.

— Ага, — я протянула ноги и заправила за ухо волосы. Я получила диплом, но завалила все экзамены по лей-линейной магии.

— Работу уже нашла?

Я глянула в сторону заявления.

— Я работаю над этим.

Учиться в колледже и жить с мамой не было моей идеей, но средств на аренду квартиры у меня пока не было, и я застряла здесь.

Улыбаясь с раздражающим пониманием, Робби скользнул на стул напротив меня, вытянув длинные ноги и сложив перед собой руки.

— А где мой «Бэтман»? Я не заметил его возле дома.

О, дерьмо. Я вскочила к кофеварке.

— Ничего себе, классно пахнет, — сказала я, протягивая руку за кружками. — Что это, эспрессо?

Я уже спрашивала. Но мне надо было хоть что-то сказать.

Робби знал меня лучше, чем я сама, фактически вырастив меня. Сложно найти бэби-ситтера для ребенка, чье сердце останавливается с завидной периодичностью. Я почувствовала его взгляд и повернулась, скрестив руки на груди.

— Рэйчел… — начал он, но тут его лицо побелело. — Ты получила права, да? И ты ее разбила? Боже! Ты разбила мою машину!

— Я не разбила ее, — ответила я, защищаясь, и начала теребить кончики волос. — И это был мой автомобиль. Ты его мне отдал!

— Был? — Робби подскочил со стула, красный от негодования. — Рэйч, что ты сделала?

— Я продала его, — сказала я, вздохнув.

— Ты — что?

— Я его продала! — повернувшись к нему спиной, я начала разливать кофе в кружки. Несомненно, аромат был восхитителен.

— Рэйчел, это была классическая модель!

— Вот почему я получила за него достаточно, чтобы оплатить свой черный пояс, — сказала я и резко повернулась, разозлившись. — Послушай, — произнесла я, протягивая ему чашку и присаживаясь. У меня не было водительских прав, и мама не может задержаться на работе достаточно долго, чтобы получить месячную зарплату. Он только занимал место.

— Не могу поверить, что ты продала мою машину, — в ужасе шептал Робби. — И для чего? Чтобы танцевать, как Джекки Чан?

Мои губы сжались.

— Я была зла на тебя, понял? — воскликнула я, и его глаза расширились. — Ты уехал сразу после папиных похорон и не вернулся. А я осталась с мамой, всеми силами пытаясь ее поддержать. А потом в школе узнали и начали ко мне докапываться. Мне нравится чувствовать себя сильной, понятно? Машина, которую я не могу водить, не давала этого, а спортзал дал! Мне нужны были деньги, чтобы получить мой пояс, и поэтому я ее продала!

Он виновато смотрел на меня.

— Ты… ты хочешь посмотреть, что я умею? — неуверенно спросила я.

Дыхание Робби ускорилось, и он встрепенулся.