– А чего она голая?..

– А чего ты у нее сам не спросил? – Не сумев, скрыть раздражение, ответил Артем. – Она богиня. Хочет – одевается, хочет – раздевается. Кто ей указ? Ты только на это обратил внимание?

– А на что еще надо было?

– Не знаю. Но знаю, что бабы раздеваются перед мужиком, когда хотят от него что-то получить… Поверь мне, Хойскар, эта голенькая еще придет за своими долгами… Пошли подышим воздухом. Они вышли во двор замка.

Через полчаса Артем, приоткрыв дверь, осторожно заглянул в комнату с алтарем. На полу лицом вниз лежали, сцепив руки, две девушки. Артем сначала подумал, что они мертвы. Но вот Неела пошевелилась и подняла голову.

– Ох, как голова болит, – прошептала она. Потом огляделась…

– А что тут произошло?

– Хм… – хмыкнул Артем и вошел в помещение. – Это я у тебя хотел спросить. Что ты тут устроила? Нас с Хойскаром твоя богиня едва не убила. Потом появилась голая Мара и нас спасла. А вы обнялись с Агнульей и стали визжать, словно вам лезли черти под юбки…

– Даа?.. А я не помню… помню, что кровь пролила на алтарь… И все…

– И все? А алтарь очищен? Освящен?

– Да. С ним все в порядке, но это не мой алтарь.

– Да понятно, что не твой. Вот лежит его жрица, – Артем кивнул на лежащую без чувств женщину. – Ее посвятить нужно, посмотри, как она?

– Не могу.

– Почему?

– Я это, почти голая.

– И что? Ты тут почти час голая танцевала и сиськами трясла. Я видел. Хойскар видел. По-видимому тебе придется его убить. Хе… Хе.

– Не буду я никого убивать. Когда я танцевала, я была жрицей, а сейчас я женщина, мне стыдно…

– Странно. Жрица, стало быть, не женщина?

– Она не принадлежит себе…

– Ладно. Я мало что понял, но меня можешь не стесняться. Хоть мы с Артамом разные, но тело у нас одно. И глаза, и уши… А он, как я понимаю, твой жених и видел твои прелести еще раньше.

– В общем-то ты прав, Артем, но мне как-то не по себе…

Артем подошел к лавке, взял шубу и протянул девушке.

– Вот, возьми и оденься. Не по себе ей. Привыкай. Или за Хойскара выходи.

– Нет, за него не пойду. – Девушка встала, стыдливо прикрывая рукой грудь и краснея, взяла лисью шубу. Повернулась к Артему спиной и стала надевать ее. – Я за Артама пойду.

– Ну-ну. Как знаешь. Старайся сделать из него человека.

Артем подошел к Агнулье, присел и положил руку на голову. Женщина застонала. Он поднял ее за подмышки, перетащил на скамью, обнимая одной рукой, другой влил ей в рот эликсир исцеления. Агнулья пришла в себя, увидела, что сидит рядом с обнимающим ее Артемом, и стала вырываться.

Артем отпустил ее.

– Ты что подумала? – хмуро спросил он.

– А что должна думать!.. Ой… – запнулась швея. – Я тут танцевала… почти голая… Стыд-то какой! – При этом она не пыталась спрятать свою большую, налитую зрелым соком грудь. Неела с завистью и зверем смотрела на нее. Ее ноздри возмущенно раздувались, а с губ, которые она неприступно покусывала, хотели слететь слова оскорбления. Но она сдержалась. Быстро подошла к ее одежде. Взяла и резким движением насильно всунула ей ее блузку в руки.

– Ты бы хотя бы срам свой прикрыла… Жрица… – уничижительно прошипела она.

– Да ладно. – отмахнулась Агнулья.