|
- Но я должен был бы узнать его по ловкости и хладнокровию. - Благодарю за комплимент, мой юный друг, - сказал Арамис. - Видно, что вы хорошо воспитаны. - Но вы ехали в Рюэй, говорите вы? - Да. - К кардиналу? - Конечно. Я везу его преосвященству письмо от принца. - Надо передать его, - сказал Атос. - Ах, пожалуйста, без ложного великодушия, граф. Черт возьми! Наша участь и, что еще важнее, участь наших друзей, быть может, заключается в этом письме. - Но должен же молодой человек выполнить свой долг, - сказал Атос. - Граф, вы забываете, что этот молодой человек - пленник. Ведь мы воюем по всем правилам военного искусства. К тому же побежденным не следует быть разборчивыми в выборе средств. Дайте письмо, Рауль. Рауль колебался. Он взглянул на Атоса, стараясь прочесть в его взгляде совет, как поступить. - Дайте письмо, Рауль, - сказал Атос. - Вы пленник шевалье д'Эрбле. Рауль нехотя уступил; Арамис, менее щепетильный, чем граф де Ла Фер, быстро схватил письмо, прочел его и, передавая его Атосу, сказал: - Прочтите и подумайте о том, что здесь написано. Вы убедитесь, что само провидение отдало нам в руки это письмо, чтобы мы знали его содержание. Атос взял в руки письмо, хмуря свои красивые брови, но мысль о том, что в письме этом речь может идти о д'Артаньяне, заставила его пересилить отвращение, которое он питал к чтению чужих писем. Вот что было в письме: "Монсеньер, я пришлю сегодня вашему преосвященству для подкрепления отряда господина Коменжа требуемых вами десять человек. Это, ваше преосвященство, люди очень подходящие для охраны двух серьезных противников, ловкости и решительности которых вы так опасаетесь". - Ого! - воскликнул Атос. - Ну что же, - спросил Арамис, - кто, по вашему мнению, те два противника, для охраны которых, кроме отряда Коменжа, нужно еще десять отборных солдат? Не похожи ли они как две капли воды на д'Артаньяна и Портоса? - Посвятим весь день розыскам в Париже, - сказал Атос, - и если до вечера ничего не узнаем, то выедем на Пикардийскую дорогу, и я ручаюсь, что благодаря изобретательности д'Артаньяна мы не замедлим найти какое-нибудь указание на то, где они находятся. - Едем в Париж и спросим Планше, не слыхал ли он о своем бывшем господине. - Бедный Планше! Вы так просто говорите о нем, Арамис, а между тем он, наверное, убит. Все воинственные горожане вышли из города, и, вероятно, произошло страшное побоище. |
