Каракатицы однообразно пытались откусить мне голову, отхватить руку или ногу, сковать движения, уронить на землю. Челюсти-ножницы скрежетали по броне, нащупывая сочленения доспехов, вцеплялись в оружие, мешая ударам. Подступы к кратеру покрывались трупами все гуще. Облака сокращались в размерах, но и живучесть у меня стабильно сползала вниз от элементарной усталости, несмотря на ускоренную регенерацию. Пропорционально росту утомления падало внимание. Надо предпринять нечто решительное! Иначе ампутации чего-нибудь мне не избежать. И ведь без разницы, что откусят. Хоть пальцы на одной руке. Потому что сразу следом откусят все прочее. Целый-то едва справляюсь! Уже не раз я пробовал извлечь порталами из Мрака на свет божий вцепившихся в меня или присосавшихся тварей, надеясь на их скорую смерть во враждебной среде. Теоретически я мог переместить вместе с собой даже двух — трех существ. Но пока на мне висело хоть одно, каст сбивался. А вытащить гадин на себе пешком я не успевал: любое из облаков настолько шустро двигалось вдогонку, что я даже к его краю не всегда приближался, чаще оставаясь в центре.

Фантастически могучий «Стратег» бесполезно болтался на шее — мне некем было командовать. «Львиное сердце» помогало лучше. Оно, кроме прочего, вдвое увеличивало силу в критические моменты. Увеличило и сейчас. Замечательно, однако это яснее остального свидетельствовало, что я в дерьме. И если не найду способа переломить ход боя, мне конец.

Спрыгнуть бы в кратер и разобраться с артефактом! Но я знал, что как только окажусь в воронке, все три облака опустятся туда же и разберутся со мной. Не поможет даже «берсеркер».

В отчаянии я надумал удрать. Совсем — то есть за пределы Чичерского леса. Но обнаружил, что средние и дальние порталы обрезаны системой. Тебе не дадут опозориться, Иван! Умри с честью!

Вспомнив про ларец души Вертса, я разжал руку, сжимавшую дубину, и оружие повисло на охватывающей запястье петле. Пускай барон не видит сквозь Мрак, зато он большой, прыткий и чертовски живучий! Я схватился за пояс, нащупывая нужный кармашек, — и тут же вновь цапнул рукоять дубины. Во-первых, назрела необходимость врезать очередной каракатице. Во-вторых, я вспомнил, что Вертса можно активировать лишь в пределах Гинкмара.

Но ведь физически я сейчас и так в Гинкмаре? Только сознанием в «Путешествии»…

Правильно. Однако копию ларца активирую именно здесь, а у нее те же свойства, что и у оригинала…

Не прекращая сражаться, я несколько секунд размышлял, смогу ли использовать барона в медитации. Имевшиеся у меня при себе элики здесь действовали все. Как и одноразовые заклинания. Но душа барона — не элик. И не заклинание, дьявол ее дери!

Проще всего было бы достать ларец и проверить, функционален ли он. Так ведь Вертса нужно минимально настроить перед активацией, а это время… Чтобы компенсировать потраченные драгоценные секунды, барон должен непременно материализоваться и помочь отыграть их. Потеря скорости в такой драке — страшная вещь.

Пережив напряженный момент, когда две каракатицы чуть не оттяпали мне сразу обе ноги, я решился. Построив портал на другой край кратера, выхватил ларец, поставил существу цели, задал команды и выдернул кольцо из крышки. Пока возился, облака успели меня окружить и атаковали одновременно. Уйти порталом еще раз я не успел — только швырнул ларец подальше, и на мне повисла первая каракатица…

За пределами нахлынувшего со всех сторон Мрака послышался радостный рев. О, ваше благородие! Вы как нельзя кстати.

Два облака немедленно отвлеклись на Вертса: должно быть, из-за его быстрого увеличения в размерах. Замешкались и потеряли уверенность даже каракатицы третьего, плотно насевшие на меня. Я воспользовался этим, каких-то порубил мечом, каких-то расшвырял ударами дубины и ушел порталом на чистое место, за пределы досягаемости остальных.