Перед школой тетя Салли повела их в магазин готового платья и купила им одинаковую одежду. Мать никогда не одевала их одинаково. Теперь, глядя на сестру, Джоанна не понимала, где заканчивается она и где начинается Надин.

– Джо, – сказала ей тетя Салли, выдавая два пакета с завтраком в тот день, когда они впервые должны были пойти в школу, – помни, что ты должна заботиться о своей младшей сестренке.

Джоанна не хотела расстраивать тетю и промолчала в ответ. Тетя Салли высадила девочек напротив школы и уехала прочь в своем фургончике. Ей некогда было провожать их в школу, потому что дома ждали неотложные хозяйственные дела. Кроме того, она считала, что учителям за то и платят деньги, чтобы они заботились о детях. Надин взглянула на Джоанну, и слезы наполнили ее глаза. Джоанна проявила твердость, взяла за руку сестру и ввела ее в школу, сама готовая разрыдаться от боли и отчаяния. Она иначе представляла себе свой первый день в школе.

– Посмотрите, они – близнецы! – Дети тут же окружили их плотным кольцом.

Девочки раньше никогда не общались с таким количеством детей. Джоанне было не по себе оттого, что они оказались в центре внимания. Она еще крепче сжала руку сестры и хранила молчание. Надин, напротив, казалась польщенной вниманием к себе и охотно отвечала на вопросы, которыми их засыпали дети.

И тут Джоанна увидела, как сквозь толпу к ним пробирается Ферн Бруннер. С той самой минуты она всегда околачивалась рядом с сестрами, стараясь втереться к ним в доверие. Ферн была шумной и беззастенчивой. Не прошло и пяти минут, как Надин вдруг стала ее «лучшей подругой».

К огромному облегчению Джоанны, вскоре появились учителя и, разорвав плотный круг детей, развели их по классам.

Учиться Джоанне понравилось. Она долго листала новую азбуку в глянцевой обложке, тетрадь и ручка восхитили ее не меньше. Джоанна внимательно слушала объяснения учительницы, стараясь не упустить ни слова, а то, как она писала мелом на доске, а затем магическим образом уничтожала написанное, привело Джоанну в неописуемый восторг.

Однако перемена, которую она провела на школьном дворе, окруженная учениками, утомленными вынужденным сидением в неподвижности и обезумевшими от долгожданной свободы, оставила в ее душе тягостный след. Дети сразу почувствовали это и прониклись к ней недружелюбием.

Надин, напротив, ощущала себя великолепно и с готовностью согласилась помериться с сестрой ростом, чтобы все могли убедиться в том, что Джоанна чуть выше. Она очень удивилась, когда Джоанна сказала, что плохо себя чувствует, и отказалась от завтрака.

К счастью, Джоанне удалось незаметно улизнуть и уединиться у стены школы. Она издалека увидела Ферн и двух ее друзей, брата с сестрой, и успела спрятаться за угол так, что они прошли мимо, не заметив ее. До нее донесся обрывок их разговора.

– Как тебе понравились сестры-близняшки, Бетти Сью? – спросила Ферн.

– Надин очень понравилась.

– Мне тоже, – согласилась Ферн. – А другая слишком воображает. Какая из двух кажется тебе симпатичнее, Би-Джи?

– Брось. Его бесполезно спрашивать. Он терпеть не может девчонок, ведь так, Би-Джи?

– Только тех, которые дразнятся, как ты. Надин симпатичнее, это точно.

Ссора с Надин огорчила Джоанну и приуменьшила ее радостное настроение. Она поняла, что пришло время вернуться в реальный мир проблем и забот. Люд был настолько занят, что им не удалось увидеться до среды. Джоанна не сдержалась и рассказала ему о своем разговоре с сестрой, не оставив в тайне истинную причину их размолвки.

– Скажи, ты приглашал ее обедать, пока я была в Европе? Она говорит, что ты заинтересовался ею, но она тебя не поощрила.