– Как дела? Все в порядке?

Лицо Айви было белее мела от страха.

– Она меня ударила! Ну, погоди, я все скажу Джоуи! Подняла на меня руку, ты слышишь, Джун, и ударила, и ногой лягнула!

Старухе было как то невдомек, что хоть раз в жизни можно не соврать. Но Сьюзен была так сердита, что не обратила внимания на такую мелочь, как придуманный пинок.

– Говорю тебе, мам, я последние несколько лет терпела нее такое, что сыта по горло. Не могу больше слышать ее голос. Скажи, чтобы она шла к себе домой. Пожалуйста, мам, прогони ее, а то я до крови ее поколочу, увидишь, на этот раз я ее не пожалею.

Сьюзен сделала шаг в сторону старухи, но Джун встала между ними. Она встревожилась не на шутку. Ее дочка вовсе не была вздорной и злой, наоборот, всегда была тихой, и это часто оборачивалось ей не на пользу. В том состояла ее беда. Живя в такой семейке, уж лучше уродиться агрессивной, как Дэбби, голосок которой с колыбели слышала вся округа. Сьюзен была не такой по природе. Если сегодня на нее «нашло», то для этого явно нашлась серьезная причина, и, скорее всего, девочка права.

Джун тут же решила осуществить то, чего ей давно хотелось. Ссора с дочкой была прекрасным предлогом отделаться от старухи раз и навсегда.

– Думаю, Айви, лучше будет, если ты сейчас же наденешь пальто и уберешься к себе домой.

Айви смотрела на невестку во все глаза, будто впервые ее видела. Но только она состроила злую мину, чтобы ответить, Джун спокойно сказала:

– Не время браниться, Айви. Джоуи в больнице. Мне удалось выцарапать его из каталажки и прекратить кошмар, в котором он последнее время пребывал. У меня нет никакого желания выслушивать твои гадости. Что касается Сьюзен, то, вероятно, на нее подействовала обстановка в доме, а ты ее еще подзавела, знаю я тебя. Это мой дом, и, если ты хочешь здесь бывать, советую тебе впредь делать так, как она говорит, и вообще поджать хвост. Не только Сьюзен, но и я сыта тобой по горло. Ты никогда не понимала одной вещи: Джоуи без меня ноль. Как бы я себя ни вела, я всегда была ему тылом. Помни это и не забывай, потому что, если я захочу вышвырнуть тебя навсегда, теперь он и пальцем не пошевельнет, чтобы меня остановить. А уж если такое желание у меня возникнет, я это сделаю.

Айви возвращалась к себе домой, ощущая себя дряхлой, никому не нужной старухой. Она была сломлена, убита. Сьюзен сидела в своей комнате, а Джун считала деньги и соображала, как ими распорядиться. В общем и целом день прожит не зря, заключила она.

Глава 6

Джоуи обрадовался, увидев Джун у больничной койки. На ней было красивое красное платье, макияж скромный, лак на ногтях светло розовый, а духи не резкие.

– Ты хорошо выглядишь, Джун.

Она ласково улыбнулась:

– Хотелось бы сказать тебе то же самое, дружок, но не могу.

Джоуи ухмыльнулся:

– Мне пришлось нелегко в переделке, в которую я попал сегодня утром, это правда.

Джун не ответила.

– Спасибо, что вытащила меня из этого дерьма. Знаю, что ты могла бы этого не делать.

Джун села на кровать и взяла его руку.

– Послушай, Джоуи. Я сделала это, потому что ты мне не безразличен. Честно. Но жить так, как мы жили до сих пор, я больше не могу. Для меня это тяжкий труд. Если мы хотим и дальше жить вместе, надо что то в наших отношениях изменить. Джимми знал, как обращаться со мной, благодаря ему я стала по другому смотреть на жизнь. Кем бы он ни был, он дал мне больше, чем кто либо до него. Ты понимаешь, о чем я говорю?

Джоуи кивнул.

Он лихорадочно соображал, как реагировать на ее слова. Дэви Дэвидсон кое что рассказал. Джоуи знал, что Джимми бросил Джун, а также многое другое. И еще – что Джун теперь владела тремя тысячами фунтов.

– Обещаю, любовь моя, я изменюсь.