– Охренел? Что у тебя в котелке, Джоуи, дорогой? Если бы я не знала тебя лучше, я бы решила, что тебе сделали пересадку головы, и никакого у тебя сотрясения мозга нет, и ноги тебе не переломали.

Джоуи грустно покачал головой:

– У меня было время подумать, Джун, и я очень изменился, это точно. Скажи правду, разве тебе не было бы приятно, если бы кто то по фамилии Макнамара занял место в приличном обществе, а?

Джун ошалело глядела на него:

– И да и нет. Признаю, что у Сьюзен есть мозги, не хочу спорить. Но только по сравнению с людьми, которых мы знаем. За пределами нашего предместья она, возможно, немного простовата. Я ее люблю, она всегда была моей любимой дочкой, но я не хочу внушать ей несбыточные мечты. Если через несколько лет у нее родится парочка детишек, думаю, она будет счастлива до небес. Она не создана для какого то там образования. А если бы она и получила высшее образование, то стала бы смотреть на нас свысока. Говорю тебе, я это видела по телику, кино такое показывали. Дети, которые добиваются лучшей жизни, отрекаются от своей семьи, дружочек. У них нет выбора.

– Ты ошибаешься, Джун…

Джун разозлилась, хотя сама не знала почему. Неожиданный интерес мужа к судьбе Сьюзен встревожил ее, она заволновалась.

– Пришли ее ко мне сегодня вечером, – потребовал Джоуи.

Джун тихо рассмеялась:

– Ну ты и шутник. Не знаешь, чего от тебя ждать в следующий момент. То злишься, то ласкаешься.

– Именно поэтому со мной интересно.

Джун посмотрела на его лицо. Оно вздулось и посинело, но в нем еще оставалось то, что привлекало ее все эти годы. Она подумала: «И чего я возвращаюсь к нему? У меня есть деньги, я могла бы сбежать куда угодно, если захотела бы».

Но Джоуи во многих отношениях был ее жизнью. Он принимал ее такой, какая она есть, а кто еще на это способен? Джимми на какое то время внес приятное разнообразие в ее жизнь, но ведь Джимми уже не вернуть. Джун думала и гадала, был ли Джоуи в курсе последних новостей. Она прослышала, что его навестил Дэви.

– Что тебе сказал Дэви?

Джоуи засмеялся:

– Считает, что за убийством Джимми стою я. Представляешь, как я теперь вырасту в чужих глазах? Мои наниматели на всякие рисковые дела будут платить мне надбавку просто потому, что будут бояться. Говорю тебе, Джун, у Дэви это тоже крутится в башке. Для него плохо кончится дружба с Баннерманами. Вот такие дела…

Она кивнула, а про себя подумала: интересно, Джоуи в самом деле такой тупой или притворяется? Неужели ее муж и в самом деле думает, что, присвоив себе чужую славу убийцы, он получит за это какие то милости?

– А что говорят ищейки?

Джоуи пожал плечами:

– Они говорят, конечно, то, что им велят говорить Дэви и Баннерманы. Следствие еще продолжается.

– А если появится семья Джимми и потребует пересмотреть дело? Всякое может быть.

Джоуи снова пожал плечами. Казалось, уверенности у него несколько поубавилось. Джун догадалась, что такой мысли у него даже не возникало.

– Ну, если такая напасть и случится, я как нибудь с ней справлюсь. Но мне кажется, что все улажено. Дэви не так уж глуп, и у Баннермана с башкой полный порядок, это точно. А я воспользуюсь случаем, как я всегда это делаю, девочка моя. Выжму из них побольше денежек – разве это плохо?

Джун захохотала:

– Чтобы заплатить за университет, в котором будет учиться наша Сьюзен? Хотелось бы мне посмотреть на ее лицо, когда я ей перескажу, что ты тут наговорил! Да она умрет со смеху.

Джун хохотала как безумная, а Джоуи, глядя на нее, только улыбался. У него и в мыслях не было отпускать от себя Сьюзен.