|
Их съедят минуты через три… Вокруг истошно визжащей Метанки вот-вот не останется ни одного телохранителя. Гм. Неужели никто из Катоминых парней не может прийти на помощь? Что на севере? Там, у вершины холма из семерых охранников внешнего периметра, привлеченных шутихами и дивами-колодниками, осталось только… двое или трое, точно не скажу. Нет, этим господам не прорваться на выручку к Метанке: со всех сторон наседают «комсомольцы»… Эх, вот если бы кречетам сказать свое веское слово, именно сейчас… но кречеты заморожены! Двое из них уже вовсе застыли, белые и хрупкие, как ледяные статуи… Третий пока дергается, бьется в трескучем льду, рыча, обламывая стеклянные иглы-наросты с локтей… Медленная смерть.
М-да. Слишком быстро побеждает Куруяд. Практически без потерь… Я задумался: надо бы пособить Катоме — просто для того, чтобы несколько сократилось число дивов. Иначе моим оперантам нелегко придется, когда наступит их черед охотиться на охотников. — Нянька кличет акустика, — быстро молвил я, чувствуя как в мозгу уже вызревает, как сладкое предвкушение победы, хлесткая смелая мысль. — Акустик отвечайте, что слышите с запада? Как там ладья Погорельца? Может быть, еще не затонула? — «Слухач отвечает няньке слышу гул воды крики славян ладья еще держится». — Отлично, — тихо улыбнулся я. Круто обернулся к Феклуше: — Сколько у нас студенца? Быстро соображайте, быстро! — О нежно любимый коррехи… — Отвечайте, я сказал!!! — У меня три щепоти, — испуганно заморгала Феклуша. — У господина Язвеня, насколько мне известно, еще полторы щепоти… У камарадо Зверки… — Проклятие, — оскалился я. — Я спрашиваю, сколько студенца нам прислал Стенька?! Ну! — В контейнере с Малым Полевым Сбором есть сто унций, коррехидор! — быстро ответила вила, колко блеснув черными глазами. — Это неприкосновенный запас! Если вдруг понадобится для срочной помощи нашим оперантам… — Закройте рот, — сухо предложил я. — Забудьте про неприкосновенность. Немедленно возьмите весь запас… — Но коррехидор… — Тихо. Если применить его на Вручем ручье, каков будет результат? — Льдина диаметром двадцать метров, — сухо ответила девушка. — Точнее… около пятнадцати. Вода в ручье теплее, чем в обычных реках, коррехидор. — Берите зелье, — кивнул я. — Мчитесь стрелой к тому месту, где тонут погорельцы. Вы сможете добросить мешок до середины реки? Феклуша обиженно усмехнулась: да хоть на противоположный берег! — Разрешите идти, коррехидор? Что? Она еще здесь? (Я уже успел обернуться обратно к экранам.) Бросил через плечо: — Да. И возвращайтесь немедля. Хлопнула дверь… Я задумался: лично мне хватило бы пяти минут добежать до нужного места на берегу. Феклуше достаточно двух с половиной. Скорость течения — не менее трех километров в час. Значит, еще за три минуты льдина с вмороженной ладьей сплавится до того места, где дивы доедают собачатину. У бронированных псов есть пять с половиной минут до прихода подкрепления… Если, конечно, хватит студенца и льдина окажется достаточно большой, чтобы выдержать легкое судно… Я вздрогнул — снаружи в землянку донеслись странные диковатые звуки неведомой песни на чуждом языке… Песню орали низким бархатистым икающим басом: Доримедонт Неро вскочил с лавки, тревожно покосился на входную дверь. Что если… Куруядовы дивы приближаются, выкрикивая слова воинственного гимна! Неужели Куруяд обнаружил мой командный пункт? И послал своих громил? Чудовищный рычащий голос приближается, с волнением осознал я. |
