— Ведь ты, гнилая борода, даже не ведаешь, кому служишь. Не чаешь небось, что хозяин твой Чурилушка — славянин…

Странным холодком просквозило по ногам секундантов — это изогнутое лезвие кривды скользнуло по воздуху. Не останавливаясь, Берубой снова ринулся в атаку:

— Чурила твой — отнюдь не ханского рода. Недоблюдок он, полукровка… По матери — божич сорочинский, а по батюшке… знаешь кто? Ну отвечай, покажи свою мудрость великую!

Молчит Плескун, сухо блестят его синие очи. Ушел в глухую оборону, щитом глуходумия прикрыл усталую психику.

— А по батюшке-то Чурила — наследник Властовский!

Отменно заточенная кривда с ревом скребанула слух. Легкая холодная оторопь пробежала по крупному телу наследника Зверки. Как красиво он врет, этот семаргл Берубой! Как рискованно…

И горбун содрогнулся, потемнел лицом. Видать, краешком незримого лезвия задело по старым мозгам. А Берубой все теснит, наседает; быстро мелькают слова, посвистывает клинок изощренной неправды:

— Незаконнорожденный сын князя Всеволода Властовского — вот кто твой Чурила!

— «Не лги, полыменный прихвостень Траяна! Мой повелитель — сын великого Плена Сварожича, звездного хана! Слова твои — тлен, уловки твои — тщета!»

— Не лги себе, старче! Чурила — не Плена сын, но Пленника. Помнишь ли, кого прозвали Пленником бессмертные обитатели Вырия? Не князя ли покойного Всеволода, которого соблазнила — в отместку за его благочестие — страшная богиня Плена Кибала?! Мать Чурилы — Плена, отец — Пленник, а сам щенок — Плененкович!

…Не слова, а искры; разгоралась схватка. Зверко смотрел во все глаза и слушал, слушал… Иногда казалось ему, что не слова скользят и скрещиваются в темноте над головами соперников — а страшные незримые лезвия. Вот, низко урча, грозно взревел, рассекая воздух, голос опытного воина Плескуна — широкий, темный, с кривой извилиной, с тихим шорохом голубоватого плазменного свечения… Легче, тонче, звонче звучит, резко посвистывая, каленая сталь в голосе Берубоя.

— Ты бредишь, старик! — хохочет Огненный Вук, приседая в смелом выпаде. — Настоящее имя Чурилы — Кирилла Всеволодович… Ха-ха! Такова есть великая тайна, которую проник мой владыка, Великий Траян! Сокровенная тайна Сварога, ибо боится Сварог великим страхом. Сегодня Чурила ему служит верно, а завтра — кто знает? Славянская кровь завсегда свое слово сказать может… Кто знает…

— «Я знаю», — внезапно произнес карлик, и глаза его вспыхнули синим электричеством прохладной иронии. — «Правду говоришь, огненный пес. Мой повелитель — славянин».

Нет, это совсем не похоже на белый флаг! Скорее — добела раскаленное лезвие волшебного кинжала, коварно выхваченного из рукава.

— «Тайны твои не страшны, семаргл. Я знаю их заранее!»

— А коли Чурила по отечеству славянин — зачем ты служишь ему?! Разве не глуп твой хозяин Сварог, что силу свою на кон поставил за ублюдка-полукровку? Разве не смутится Чурила духом, когда прознает затаенную правду про Всеволода-князя, обольщенного Пленой Кибалой? Разве не возмутится против деда своего Сварога? И не восхочет ли вернуть престол покойного отца своего, Всеволода?

— «Захочет и вернет!» — жестко парирует старый жрец. Голый клинок звучит угрожающе, многообещающе. Видать, есть у старика несколько заветных ударов в запасе…

— Тогда зачем ты служишь Чуриле? — напористо бьет семаргл, широкими взмахами рубит.