– Округ Колумбия изменился, пока нас не было. – Какое-то время он говорил на общие темы – о непривычной для этого времени года жаре, о том, что, возможно, скоро пойдет дождь, о вспышке коры – болезни, вызываемой африканским вирусом, которая могла привести к страшной форме рахита.

Мэгги вздыхала и ждала. При первой же возможности она спросила, что же происходит, что в переводе значило: зачем ты пришел?

Он внимательно посмотрел на нее.

– Мэгги, – сказал он, – мы снова собираемся лететь.

Она удивилась.

– Кто? – спросила она. – И куда?

– Надпись указывает на Бета Пасифику. Она находится там же, у края галактического рукава.

Мэгги не верилось, что они ищут кандидата. По крайней мере, не так быстро. Ей казалось, что на это уйдут годы.

– Почему бы не послать сначала разведывательный корабль?

– Потому что мы думаем, что они все еще там. – Он сделал эффектную паузу. – Мэгги, мы поймали радиопередачи. – Глаза его стали большими и круглыми. Зрачки расширились.

Мэгги Туфу никогда не выражала открыто свои чувства, особенно перед Фрэнком Карсоном. Но тут она потрясла кулаком в воздухе:

– Здорово! Меня приглашают?

Эд Хорнер поднял глаза на входящего в кабинет Фрэнка Карсона.

– Рад видеть тебя, Фрэнк, – сказал он. – Все готово?

Карсон кивнул.

– Да. Все готово.

– Очень хорошо. – Эд встал и подошел к Карсону, как бы желая подвести итог. – Так как есть радиосигнал, мы хотим кое-что проверить. Но подчеркиваю, ваша задача – установить, есть ли там что-либо такое, что потребует настоящей экспедиции. Если они действительно существуют, подробности нам не нужны. Вы понимаете? Я хочу, чтобы вы сделали вывод и вернулись с рекомендациями. Если они там, не забывайте, что мы о них ничего не знаем. Не вступайте в контакт. Не позволяйте им увидеть вас. Туда и обратно…

– Мы так и сделаем, – уверил его Карсон.

– Получилось так, что время отлета сдвинули. У вас есть лишь сорок восемь часов.

Карсон открыл рот, собравшись протестовать.

– Сообщите об этом вашим людям, – продолжал комиссар. – Я понимаю, что вам придется поторопиться, но на нас нажимают. В высоких кругах задают разные вопросы, и я не уверен, как долго мы продержимся.

Карсон решил помолчать.

– Спасибо, – сказал он наконец.

– Ни о чем не беспокойтесь, – сказал ему Хорнер, протягивая руку. – И возвращайтесь.

Уже в сумерках Хатч и Карсон покинули Атланта-Лонч. На борту шаттла было много пассажиров, в основном состоятельных туристов, которые завтра окажутся уже на Эстрате. Индустрия межзвездного туризма быстро развивалась. Те, у кого хватало денег, чтобы заплатить за удовольствие, могли проплыть мимо нейтронной звезды, понаблюдать вблизи смертельный танец Дельты Аквила со спутником, посмотреть Великий Смерч на Бета Каринис-4 или пролететь над дымящимися мраморными плоскогорьями Лессер Калан – Холодной звезды. А закончить путешествие обедом в тени Скалы Хольцмайера на Пиннэкле.

В основном путешествовали пожилые пары – хорошо одетые и взволнованные видом Земли и Луны из космоса. Еще было несколько детей, техники из персонала станции и еще двое, как оказалось, физики-теоретики, работающие над созданием искусственной гравитации.

Один физик-теоретик – высокий негр с седой бородой и острыми, как нож, чертами лица, – любил потрепаться. Его коллега – молчаливый японец – смотрел на Хатч выразительным взглядом.