— Поль, это очень серьезно. Я хочу уехать отсюда сейчас, немедленно!

 Выражение лица Поля сразу изменилось, и ленивая благожелательность сменилась раздражением.

 — В чем дело? Что сказала тебе Франческа? Я спущу с нее шкуру, попадись она мне только под руку!

 — Это не Франческа. С ней я и сама могу справиться. А знаешь ли ты, что приехал твой дядя Рауль?

 Поль вздрогнул:

 — Рауль!

 — Да. А ты… ты самый большой обманщик из всех, кого я когда-нибудь знала! Поль казался смущенным.

 — Что ты этим хочешь сказать?

 — Ты, черт побери, прекрасно знаешь, что я хочу сказать! — воскликнула Тони, наклоняясь, чтобы прикурить от зажигалки, которую он ей протягивал. — Вчера перед обедом мне стало ясно, почему ты стремился приехать сюда с невестой.

 — Что?!

 — Да, я все знаю. Попробуй только сказать мне, что дело не в деньгах! Ведь на самом деле деньги всему причина. Я по твоему лицу вижу, что это так. Скажи мне честно, за кого ты меня принимаешь?

 Поль казался немного сконфуженным.

 — Просто не понимаю, почему ты так кипятишься, — недовольно пробормотал он. — Тебе все это должно быть безразлично. У тебя бесплатный отдых, а что я думаю, это мое дело, и больше ничье.

 Тони вспыхнула.

 — Ты опасный человек, Поль, — сказала она рассерженно. — Тебе удалось вовлечь меня не просто в обман, а в самую настоящую аферу!

 Поль нахмурился.

 — Но в чем дело? Что тебе сказала бабушка?

 — Да дело не в бабушке, а в твоем дяде. Он, похоже, считает меня авантюристкой, которая приехала сюда, чтобы вместе с тобой выманить деньги у его матери! Когда он разговаривал со мной, я почувствовала себя ничтожеством! Я не считаю его мнение таким уж важным, но я не хочу терпеть такое обращение. Я уезжаю! Если хочешь, можем уехать вместе!

 — Тони!

 — Что Тони? Ты, наверное, совсем ничего не понимаешь, если думаешь, что бабушка тебе поможет без согласия Рауля!

 Поль затушил сигарету.

 — У бабушки есть собственные деньги, — сказал он чопорно. — Что она с ними делает — ее дело. Моя мать не получила от семьи ни пенни. Они никогда пальцем не пошевелили, чтобы помочь ей. Какая разница, что они думают обо мне!

 — Имей в виду, следит за каждым твоим движением!

 — Моей бабушке не нужно его ни о чем спрашивать, — ответил Поль с досадой. — К тому же она старая женщина, которая хочет, чтобы я женился. Даже ты это видишь.

 — Да, конечно, но, Поль, в том-то и дело. Мы ведь только притворяемся. Мы ведь не собираемся жениться!

 Поль внимательно смотрел на Тони — Но это может случиться, — сказал он, медленно выговаривая слова.

 — Нет, Поль, только не со мной!

 — Почему же? Неужели я так тебе неприятен?

 — Нет. Дело не в этом. — Тони стала лихорадочно думать, прежде чем ответить. Как сказать ему, что он представляется ей слабым и несерьезным человеком? Как объяснить, что при мысли о замужестве перед ее внутренним взором тут же возник образ графа делла Эстрада? — Видишь ли, мы очень разные люди и будем только действовать друг другу на нервы.

 Поль подошел поближе.

 — Ты как раз начинаешь благотворно действовать на меня, — проговорил он тихо. — Тебе кто-нибудь говорил, что у тебя совершенно необыкновенные глаза? А что касается ног…

 — Поль, прекрати, пожалуйста! — Тони резко отвернулась.