Антонио Гримани успел побывать не только в Каире, Стамбуле, Александрии, но и ещё в десятке мусульманских городов. В чём-то они отличались, но сходств подмечалось куда больше, нежели различий. Показные улыбки, мгновенно сменяющиеся злобными гримасами, стоило лишь отвернуться. Показная роскошь, через пару шагов сменяющаяся отвратительной нищетой. Рабы, число которые превышало всё мыслимое и даже немыслимое. Закутанные в ткань с головы до пят женщины, которые то шмыгали, словно вспугнутые мыши, то семенили в окружении гаремных евнухов. Тоже то ещё зрелище, вызывающее отвращение у любого здорового мужчины. Калеки! Причём намеренно искалеченные и это длилось долгие, очень долгие века. Мусульманские страны и… канувшая в Лету Византия, слишком много набравшаяся от этих самых мусульман и не только от них, вообще из обычаев востока.

- Отвратительно, - скривился сопровождающий Гримани Марино Сонудо, один из членов Большого Совета. – Каждый раз, как я вижу евнухов, вспоминаю о тех христианских мальчиках, которые были похищены, захвачены или просто куплены. И их судьба… И женщины тоже. Под этими тканями могут скрываться француженки, испанки, итальянки… Может даже и те. которые раньше жили в нашей славной республике.

- Здесь их власть.

- Их, да, - согласился  Сонудо. – Но мы недеянием помогаем этой власти оставаться столь же крепкой.  В то время как власть другого султана. Баязида II, уже не столь прочна, как всего пару лет назад. Теперь Османская империя уже не грозит христианским странам, а обращает свои жадны взоры на тот Восток. Откуда и пришла за земли Византии. Я читал недавние сочинения «Нравы Востока» и «Путешествие по землям магометанским». Они хоть и вышли из-под перьев сторонников Борджиа, но лжи там нет. Итальянский король до сих пор трепетно относится к тому, что считает нерушимостью собственного слова. А на этих книгах подписанные им вступления. Я знаю, что ты тоже читал эти книги!

Вот что мог ответить Гримани своему спутнику? Да. он читал сии сочинения, причём внимательно. Очень полезные для многих, раскрывающие многие неприятные тайны магометанских стран со всех сторон. Быт султанов, визирей, эмиров... творящееся внутри гаремов, постоянное и неизбывное желание распространяться дальше, завоевывать новые земли, чтобы бросить куски добычи в жадные и фанатичные массы славящей Аллаха черни. Вечные требования новых рабов, женщин, золота. Готовность убивать даже родных отцов и сыновей, торговать дочерьми и сёстрами – ибо женщин мусульмане и за людей редко когда считали согласно Корану, их святой книге. Иные частицы правды, обильно снабжённые примерами из жизни, приправленные цитатами из проповедей мулл и прочими изречениями духовных лидеров. И всё это было изложено языком одновременно ярким и понятным даже обычным людям. Хорошие книги, опасные книги. Опасные прежде всего для тех, кто пытался вести дела с Мамлюкским султанатом. Османской империей и иными не христианскими странами.

Чем опасные? Отношением со стороны. В Венеции это понимали, но бороться с подобным было чрезвычайно сложно. Особенно после Крестового похода, в котором, если что, республика не просто принимала участие, но и получила в результате ощутимые выгоды, расширив свои владения.

Выгода! Только не от ведения общих дел, а от взятия принадлежащего магометанам силой, по праву победителя. Пусть не самостоятельно, но в союзе… Многим это показалось не просто приемлемым, а очень приятным. Но умеющие смотреть на несколько шагов вперёд – а Антонио Гримани относил себя к числу таковых – опасались как раз потери республикой  уникального положения. Ведь чем была Венеция? Торговой республикой. То есть опиралась на торговлю с тем, кто готов платить. А примешивать к звону монет общие идеалы, как предлагали, маня за собой других, клятые Борджиа,.