|
что она не просто красотка, но ещё и полновластная королева. способная, случись что, и выехать воодушевлять войска прямо перед сражением. Слегка отстранённая – не потому, что неинтересно, а скорее по привычке, привитой в родной Испании – Хуана, на деле заворожённая всё новыми и новыми изменениями в Италии. королевой которой стала. С трудом сдерживаю желание обнять эту очаровательную, но на людях совсем уж стеснительную особу прямо здесь. Церемониал, ети его за ногу и с ускорением аккурат в жерло Везувия! Несколько кардиналов, полководцы, дипломаты… Даже прикатившая не так давно в Рим по своим делам Львица Романии Катарина Сфорца, герцогиня Миланская. Прикатившая, да и задержавшаяся на недельку-другую. И дела окончательно порешать, и посмотреть на заинтересовавшее эту во всех смыслах выдающуюся женщину событие. Вон она, бывшая герцогиня Форли, стоит рядом с герцогиней нынешней, Бьянкой,. Наверняка обсуждают нечто своё, частично девичье, но скорее валькиристо-амазонистое. Пусть развлекаются, благо с некоторых пор эта конкретная Сфорца напрочь привязана к интересам Рима и союзна всерьёз и надолго. Даже интересно, как сложится судьба этой валькирии лет через несколько, чего она сумеет добиться в своём Милане и когда поймёт затеянную мной партию, рассчитанную на не годы даже, а десятилетия…
С чего такая торжественность в целом? На самом деле всё просто. Именно сейчас, именно на этом участке Тибра – обмелевшего, но пока ещё кое на что пригодного, должен был состояться показ первого уникального по местным понятиям корабля. Хотя какого там корабля, по сути большой лодки, пусть и красиво украшенной! Только дело то не в украшениях и прочей мишуре, а в том принципе, согласно которому сие плавсредство могло двигаться. Прототип этого самого средства был – естественно, при настоятельных моих пинках и подталкиваниях – разработан и продемонстрирован алхимиком Вильгельмом Гортенхельцем. Конечно, под эти самые исследования пришлось подложить «историческое обоснование», сослаться на столь весомых и известных в науке персон как Герон Александрийский и его ученики, живших аж в первом вене нашей эры. Ну так и что с того? Дескать, давнее открытие незаслуженно забыли, но это не значит, что нельзя оное оживить и использовать государству во благо. Да-да, это я про использование силы пара, а именно паровой котел. Леонардо да Винчи опять же – он то явно Герона Александрийского не забывал, лично интересовался – в своих дневниках и описывал возможное и даже крайне желательное применение силы пара для движения различных механизмов, да и осторожные наброски подобного делал, пользуясь своими уже художественными талантами. И вот он, тоже прототип, но уже втихаря испытанный, а теперь готовый к показу пред глазами широкой общественности. А также вызывающий омерзение и очередные обвинения в колдовстве и «богомерзком сговоре с врагом рода человечества» со стороны «авиньонцев» разного калибра. Эти замшелые ретрограды и враги всяческого прогресса с каждым днём раздражали меня больше и больше. Буквально каждое новшество – воздушные шары, новые лекарства, перемены в обычной жизни – они встречали такими воплями и визгами, что стаи дворовых шавок обзавидовались бы. Воистину дивные самки собаки… в рясах и с крестами. После сегодняшнего должен был случиться новый пароксизм ненависти и воистину звериной, первобытной зобы. Но сейчас… На той самой экспериментальной посудине находились сразу двое её непосредственных создателей: Вильгельм Горненхельц и Леонардо да Винчи. Вот оно, неискоренимое желание создателей лично продемонстрировать работу любимого детища и, само собой разумеется, получить полагающуюся славу и ещё более расположение тех, кто покровительствовал подобным исследованиям. Семейству Борджиа, ясно дело, ведь другие покамест не рисковали так сильно привечать тех, кто недавно вполне мог считаться «колдунами», «еретиками» и иными крайне не одобряемыми церковью личностями. |
