Показалось или нет? Не-а, не показалось. Первый осторожный клуб дыма, затем ещё, ещё… И расположенные по бокам кораблика гребные колёса осторожно начали вращаться, загребая лопастями воду. Поднеся к глазу подзорную трубу, я видел начало движения первого, очень примитивного, но всё же парохода чуть ли не в самых малых деталях. Доселе стоявший на якоре посреди Тибра, лишённый каких-либо парусов, сейчас он начинал движение. Якоря поднимались, тем самым освобождая возможность двигаться, но не по течению, а против оного.

Колеса начинают вращаться быстрее, дым из трубы валить гуще и… Вот и оно. Нет работающих вёсел, принципиально отсутствуют паруса, а кораблик медленно, но идёт вверх по течению, вызывая массу эмоций у людей, за этим наблюдающих. Охи-ахи, крики изумления, многие осторожно крестятся на всякий случай. Только вот остаться равнодушным ни у кого не получается. И высказывание сестрёнки, которая таки да не удержалась:

- А когда ты. Чезаре, воздушные шары в честь окончания Крестового похода запускал, тогда некоторые удивились до расслабления всех органов. Очень пахучего расслабления. Особенно забавно смотрелись некоторые монахи. Я, кстати, спросила… Все они, расслабившиеся, в Авиньон или куда-то в те края убежали.

- Туда и дорога,-  оскалился я. -  Если же серьёзно, то надо будет всерьёз подумать об упразднении, полном и окончательном, очень многих монашеских орденов, показавших полную или частичную нелояльность. Вообще же они в новых условиях должны сильно поменяться или… раствориться, оставшись лишь на страницах летописей.

Укоризненный такой вздох Хуаны, которая вроде как и избавляется потихоньку от чрезмерной религиозности и строгого воспитания. Но до конца пути ещё очень далеко.  Зато сам Родриго Борджиа куда более рассудителен, рассматривая сказанное с сугубо прагматичных позиций:

- Рано. Чезаре. Новые Ордена нужны, ты прав. Только сперва надо преодолеть или хотя бы ослабить раскол. Части Священной Римской империи слишком посматривают в сторону Авиньона. Это плохо.

Киваю, принимая контраргументы. Действительно, сейчас король Людовик XII и Авильонский Папа Юлий II – наиболее неприятные и опасные противники в борьбе за умы на европейских землях. А именно идеологическую борьбу проигрывать нельзя. От поражения на поле боя оправиться можно, если остались верные сторонники, сражающиеся не за золото, а за собственные идеалы. Если же потеряешь идейных – тогда останется пробавляться только наёмниками, которые, несмотря на профессионализм, биться до последнего не станут. Следовательно, нужны идейные мастера своего дела. знающие и умеющие воевать. Собственно, как раз на таких я с самого начала и делаю ставку. Не зря всеми силами привязывал к себе мало-мальски пристойных кондотьеров вместе с их кондоттами, формируя из сего высококачественного материала ядро итальянской армии. Достаточно лишь бросить взгляд в недавнее прошлое, после чего остановиться на настоящем, как сразу становится ясно – выбранная стратегия себя оправдала. Плюс внимание к прогрессу. Вон он, новый плод технического развития, плывёт себе по Тибру, надрывно пыхтя хиленькой паровой машиной,

Первый блин. Но даже не могу сказать. что комом получился. Для местной невзыскательной публики сам факт  наличия корабля, способного двигаться без парусов и весёл, является чем-то непредставимым, этаким чудом света. Очередным чудом, которые Борджиа последние несколько лет демонстрируют одно за другим. И к чудесам уже вполне так стали привыкать, благо все они тем или иным образом ассоциировались у людей с последующей пользой. Исчезнувший страх перед оспой, на корню купированная эпидемия завезённого из Нового Света сифилиса, спектр обеззараживающих и обезболивающих средств, практически убравших смерти от болевого шока и гангренозные воспаления. У тех, конечно, кто имел хотя бы зачатки мозгов и отсутствие религиозного фанатизма, не позволяющего пользоваться плодами «дьявольских и богомерзких придумок аптекаря сатаны».