Кивает, а в глазах смятение и растерянность. Вот уж действительно застали мою подругу и советницу-помощницу-охранницу врасплох. В самый неожиданный для той момент, да ещё и когда она чуток приоткрылась и почти полностью расслабилась. На пользу… надеюсь. Во вред уж точно не пойдёт. Детские психические травмы, они такие. Живут внутри, вызревают, а потом прорываются тем или иным образом. Сам я, признаться, думал вскрыть гнойник несколько позже, задействовав Лукрецию. А тут вот как вышло. Посему…

- Катарина. Бьянка. Думаю, лучше вам наедине побеседовать. Исключительно женский разговор, к коему никто другой касательства иметь не долен. И даже наша дорогая Лукреция.  Поговорите, а уж потом посмотрим, что и как.

Бьянка растерянно кивает, а вот на лице Катарины Сфорца я вижу одобрение и готовность воспользоваться удачно сложившейся ситуацией. От души надеюсь, чторезультат будет… хоть сколько-нибудь положительный. Тут важно сделать первый, самый сложный шаг. Потом будет гораздо легче.

Пусто место свято не бывает! Это я про себя и то, что в одиночестве поскучать у стеночки точно не получится. Сразу две дамы пожаловали и обе Борджиа, урождённая и ставшая оной. Лукреция и Санча. И если первая, как и всегда, адекватна и энергична, то вот вторая изволила слишком много выпить. А в подобном состоянии стервочка начинает даже на публике вешаться на всех подряд, не разбираясь толком. на кого именно, лишь бы на лицо неплох был… или была. Пару раз пробовала и к Лукреции приставать, но банальным образом получила по заднице от Бьянки, которая не собиралась уступать свою обожаемую подругу какой-то там потаскушке, пусть и из рода Трастамара.

- Чезаре… - несмотря на  выпитое. Санча оставалась очаровательной. Да и голос ни разу не отражал то количество вина, которое плескалось внутри. - Ты и один? Если не моя родственница и твоя супруга. то есть и другие юные синьорины, готовые скрасить временное, но одиночество короля. Достаточно поманить пальцем, даже взглядом. Или мне тебе помочь в этом? Во многом помочь…

- Прекрасна и порочна, - протянул я, глядя на дочь давно уже мёртвого короля-живодёра. Знал, что это её ничуть не обидит и более того, будет воспринято как комплимент. -  И бесконечно пользуешься моей тягой к прекрасному. Но-но, не такой явной и не прямой.  До сих пор в раздумьях, что бы такое посоветовать Джоффре, чтобы брат смог хоть немного тебя укротить.

- Быть сильным. Очень сильным… И тогда я полечу, словно бабочка к огню.

- Ты и так много где порхаешь и куда перепархиваешь, - прокомментировала излияния Санчи сестра. – Не волнуйся, Чезаре, я уже послала за Джоффре. Или за теми, кто нашу бедовую родственницу к нему доставит.  Ей в таком состоянии надо в постель. И не только для сна, но и того, что будет перед ним.

Это точно. Самый лучший способ угомонить Санчу – как следует её отыметь. Проверено не лично, но известно из достоверных источников. Ясное дело, что Джоффре для подобного действа уговаривать не нужно – ибо женушка его блудливая настоящая красотка. Только вот чрезмерные потребности одной и не бог весть такая выносливость второго как раз и создавали определённого рода нестыковку. Мда, тот ещё сюрр, но он имеет место быть и ничего с этим не поделать. Впрочем… В последнее время и тут стало значительно лучше. Раз уж Санча малость того, бисексуальна, то высказанная мысль оградить Джоффре от возможных проблем путём перевода его любвеобильной жёнушки на женскую сторону… Вроде как и получилось. В некоторой степени. По крайней мере. тот момент, когда тот таки да застал свою благоневерную за наставлением рогов, то они были не столь оскорбительны для мужского самолюбия.