— В Лондон? Когда? — спросила Хилли, буравя меня маленькими глазками.

— Думаю, завтра. Если нас не заметет снегом.

— Завтра? — спросил Бинки. — Несколько неожиданно, ты не находишь?

— Да, — подхватила Хилли, — отчего же ты раньше ни слова не сказала?

— Сама только сейчас узнала, — откликнулась я, аккуратно намазывая тост маслом. — Моя любимая школьная подружка выходит замуж и просит помочь с подготовкой к свадьбе. А поскольку я тут все равно бездельничаю и проку от меня нет, я и решила, что надо протянуть ей руку помощи. Бакстер ведь отвезет меня на станцию в автомобиле?

Историю про свадьбу и подружку я сочинила, пока спускалась в зал. И весьма ею гордилась.

— Это очень некстати, Джорджи, — произнес Бинки.

— Некстати? Почему? — я подняла на него невинный взор.

— Видишь ли, дело обстоит так… — он обернулся к жене, надеясь на поддержку, потом продолжал: — Мы задумали небольшой прием. Пригласили молодежь, чтобы тебя развлечь. Мы ведь понимаем, тебе тут скучно с унылыми семейными старичками вроде нас — ни танцев, ни веселья.

Я подбежала к брату и чмокнула его в щеку.

— Бинки, старина, какой ты милый! Так заботишься обо мне! Но не надо на меня тратиться, честное слово. Я уже не маленькая. И прекрасно понимаю, как у нас туго с деньгами в эти непростые времена. И знаю, что тебе пришлось расплачиваться со всеми кошмарными долгами.

Бинки мялся, не понимая, как быть, — это было видно. Он знал, что ее величество ждет выполнения своей просьбы, а тут я взбунтовалась. Сказать, почему мне следует остаться, братец не мог, — ведь предполагалось, что приезд князя должен стать для меня сюрпризом. Давненько у нас не случалось таких грандиозных событий.

— Зато теперь тебе не придется беспокоиться еще и обо мне, — продолжала я. — Я буду вращаться среди лондонской молодежи, помогу подружке со свадьбой, поживу своей жизнью. Можно, я поселюсь в Раннох-хаусе, да?

Бинки и Хилли молниеносно переглянулись.

— Раннох-хаус? — переспросила Хилли. — Ты хочешь открыть городской дом ради себя одной?

— Ну, не так чтобы открыть полностью, — уточнила я. — Мне нужна только моя спальня.

— Но мы не можем отпустить с тобой прислугу, — заявила Хилли. — Нам ее и так едва хватает — мы урезали штат как могли. Бинки еле-еле набрал загонщиков на прошлую охоту. А Мэгги ни за что не бросит больную мать и в Лондон с тобой не поедет.

— Ничего страшного, — отозвалась я. — Мне горничная ни к чему. Я даже центральное отопление в доме включать не буду.

— Раз ты собираешься помогать подруге со свадьбой, может, ты у нее и поживешь? — спросила Хилли.

— Да, потом я буду жить у нее. Но она пока еще не вернулась с континента.

— Она иностранка? Не англичанка? — в ужасе спросила Хилли.

— Так и мы не англичане, — парировала я. — По крайней мере, мы с Бинки. Мы шотландцы с изрядной примесью немецкой крови.

— Пусть так, для меня это все равно, что англичане. Тебя дали английское воспитание. Вот в чем вся разница. Эта девица иностранка, так?

Мне до ужаса хотелось тут же на месте сочинить таинственную русскую графиню, но в зале было слишком холодно, и я туго соображала.

— Она живет за границей из-за здоровья, — ответила я. — Оно у нее хрупкое.

— Не понимаю, что за бедолага решил на ней жениться, — искренне удивился Бинки.