— Твоя служанка вернется, как только осмотрит свою комнату, — объяснил Амоннахт, — Если тебя что-то беспокоит или есть какие-нибудь жалобы, можешь обратиться к Неферабу, управляющему этой частью дома. В дальнем конце двора есть две комнаты для омовений.

Он уже собрался уходить, но я схватила его за руку.

— Эта келья мне не подходит, — сказала я. Мой голос дрожал он негодования и страха. — Я не хочу делить комнату с другой женщиной, и, кроме того, эта комната слишком маленькая. Я не привыкла к постоянному шуму, от которого дверь не защитит, к тому же здесь нет окна и совсем темно. Я требую для себя отдельную комнату, Амоннахт!

Я впервые увидела, что в его глазах отразилась хоть какая-то эмоция. Они озарились смехом.

— Мне жаль, Ту, — произнес он без тени сожаления, — но отдельные комнаты здесь предназначены для самых любимых наложниц Могучего Быка. И в них тоже не во всех есть окна. Когда ты возвысишься до такого положения, я с удовольствием предоставлю тебе более благоустроенное помещение.

Некоторое время я смотрела на него, готовая расплакаться, вернуться домой. Смех и крики играющих детей были отчетливо слышны. Некоторые женщины, сидевшие поближе, перестали разговаривать и смотрели на нас с любопытством. Я собрала всю свою смелость.

— Тогда я хочу, чтобы была записана моя первая жалоба, — сказала я с достоинством, — и жаловаться я собираюсь вовсе не Неферабу, а тебе, Хранитель дверей. Эта комната напоминает стойло для скота, но я не корова. Я не одна из стада. И я не намерена сидеть здесь, вечно пережевывая свою жвачку. Запомни это!

Он поклонился.

— Я запомню это, — учтиво сказал он, — но позволь дать тебе совет. В мои обязанности входит смотреть за тем, чтобы гарем оставался прибежищем покоя и порядка. Обеспечивать уют — вторая по важности моя задача, а первая — чтобы владыка Обеих Земель был доволен тем, как обстоят дела в его собственном доме. С любой женщиной, которая вызывает неудовольствие, поступают очень сурово. Исключений не делают. — Неожиданно он улыбнулся, и улыбка преобразила его лицо. — Не наживай себе врагов здесь, Ту. Дай себе время привыкнуть к дому. Извлекай из этого пользу для себя. Осмотрись, и ты увидишь, что у тебя есть много преимуществ перед другими женщинами. Используй их правильно и научись скрывать свои намерения. Стоит немного пожертвовать роскошью, о чудесная крестьянка из удивительного Асвата, ради того, чтобы пленить сердце живущего бога? Это зависит только от тебя.

Он круто развернулся и двинулся прочь, останавливаясь по пути, чтобы сказать пару слов одной, улыбнуться другой. Я смотрела ему вслед, слегка успокоившись. Я затосковала но дому.

Вскоре вернулась Дисенк, вслед за ней рабы гарема втащили мои сундуки, поставив их возле кушетки. Я легла на нее, привередливо опробуя ее на прочность, и мне пришлось признать, что она вполне сносная. Пока Дисенк занималась с рабами, я открыла свою кедровую шкатулку, поставила Вепвавета на столик, чтобы засыпать и просыпаться, глядя на него, потом села на один из маленьких стульчиков и стала разбирать свои сокровища. Я потрогала пучок мягких перьев, ощутила прохладную твердость мелких камешков, которые подобрала так много лет назад, переложила сухие весенние цветы, сорванные во время их короткого, изумительно пышного цветения по дороге к реке, глиняных скарабеев, которыми меня награждал Каха за каждое успешно выполненное задание, — все эти вещи вселяли в меня уверенность. Ты все еще Ту, безмолвно говорили они мне. Ты не затеряешься среди женщин, похожих одна на другую.

Я осторожно достала золотистую змеиную кожу, которая от времени стала ужасно хрупкой, и положила ее себе на колени.